Книжный каталог

Джером Дж.К. Трое в лодке, не считая собаки

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Джером К. Джером 100ВР Трое в лодке, не считая собаки (12+) Джером К. Джером 100ВР Трое в лодке, не считая собаки (12+) 229 р. ozon.ru В магазин >>
Джером К. Джером Трое в лодке, не считая собаки: Роман Джером К. Джером Трое в лодке, не считая собаки: Роман 103 р. bookvoed.ru В магазин >>
Джером К. Джером Трое в лодке, не считая собаки (цифровая версия) (Цифровая версия) Джером К. Джером Трое в лодке, не считая собаки (цифровая версия) (Цифровая версия) 94 р. 1c-interes.ru В магазин >>
Джером К. Джером Трое в лодке, не считая собаки Джером К. Джером Трое в лодке, не считая собаки 452 р. bookvoed.ru В магазин >>
Джером К. Дж. Трое в лодке, не считая собаки. Трое на четырех колесах Джером К. Дж. Трое в лодке, не считая собаки. Трое на четырех колесах 237 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Джером К. Джером Учим английский с Джером К. Джером Учим английский с "Трое в лодке, не считая собаки" 226 р. bookvoed.ru В магазин >>
Джером К. Дж. Трое в одной лодке, не считая собаки Джером К. Дж. Трое в одной лодке, не считая собаки 274 р. chitai-gorod.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

ТРОЕ В ЛОДКЕ, НЕ СЧИТАЯ ДЖ

ТРОЕ В ЛОДКЕ, НЕ СЧИТАЯ ДЖ. К. ДЖЕРОМА

Дже­ром Клап­ка Дже­ром (1859–1927) – англий­ский писа­тель-юмо­рист. Миро­вую извест­ность полу­чил бла­го­да­ря пове­сти “ Трое в лод­ке, не счи­тая соба­ки ” (1889) и ее про­дол­же­нию “Трое на четы­рех коле­сах” (1898).

Твор­че­ский путь Дже­ро­ма К. Дже­ро­ма ока­зал­ся весь­ма схож с путя­ми мно­гих лите­ра­тур­ных клас­си­ков, начи­нав­ших свою карье­ру с газет и жур­на­лов. Око­ло деся­ти лет он тоже был авто­ром бри­тан­ско­го, сати­ри­че­ско­го еже­не­дель­ни­ка «Панч» (Punch) и редак­то­ром жур­на­ла “Лен­тяй (Idler). Воз­мож­но там он и отто­чил мастер­ство для напи­са­ния сво­их комич­ных новелл. Ну, а его хоро­шее зна­ние мате­ри­а­ла осно­вы­ва­лось на бога­том житей­ском опы­те и при­род­ной наблю­да­тель­но­сти. Бест­сел­ле­ром, издан­ным мил­ли­он­ным тира­жем, ока­за­лась его кни­га “Трое в лод­ке, не счи­тая соба­ки”. И тут умест­но будет упо­мя­нуть, что она напи­са­на авто­ром сра­зу же после его медо­во­го меся­ца, кото­рый он про­вел путе­ше­ствуя с неве­стой… на неболь­шой лод­ке по Тем­зе!

Кста­ти, кни­га “Трое в лод­ке, не счи­тая соба­ки” ста­ла настоль­ко попу­ляр­на в Англии, что после ее выхо­да обра­зо­ва­лась мода на лодоч­ные про­гул­ки по Тем­зе и коли­че­ство вла­дель­цев лодок уве­ли­чи­лось вдвое.

При­ве­ден­ный ниже отры­вок из пове­сти Дж. К. Дже­ро­ма “Трое в лод­ке, не счи­тая соба­ки” явля­ет­ся одним из наи­бо­лее цити­ру­е­мых, в шут­ли­вых рас­ска­зах о при­го­тов­ле­нии ирланд­ско­го рагу. Здесь автор высме­и­ва­ет кон­сер­ва­тиз­мом неко­то­рых гур­ма­нов, кото­рые с воз­му­ще­ни­ем отно­сят­ся даже к невин­ным добав­ле­ни­ям в рецепт ирланд­ско­го рагу допол­ни­тель­ных ингредиентов,например моркови…Вообще, в Ирлан­дии этот дис­кус­си­он­ный гастро­но­ми­че­ский вопрос воз­ве­ден почти в ранг фило­соф­ско­го — “быть или не быть?”. Или точ­нее, — “с како­го кон­ца сле­ду­ет раз­би­вать яйцо: с тупо­го или остро­го?”. Ведь исто­ри­че­ски тра­ди­ци­он­ный состав “рагу по-ирланд­ски” гени­аль­но прост: бара­ни­на, лук, кар­то­фель и щепот­ка спе­ций.

Толь­ко вот у насмеш­ли­во­го Дже­ро­ма в дело пошло абсо­лют­но все. Даже о добав­ле­нии в рагу дох­лой водя­ной кры­сы путе­ше­ствен­ни­ки ведут серьёз­ную дис­кус­сию… Как бы там ни было, в резуль­та­те дру­зьям понра­ви­лось при­го­тов­лен­ное ими блю­до:

“ … Джордж ска­зал, что класть в бара­нье рагу все­го четы­ре кар­то­фе­ли­ны про­сто неле­по, поэто­му мы вымы­ли еще с пол­де­сят­ка и суну­ли их в кастрю­лю нечи­щен­ны­ми. Мы доба­ви­ли кочан капу­сты и фун­тов десять горо­ха. Джордж все это пере­ме­шал и ска­зал, что оста­ет­ся еще про­пасть места, и тогда мы обыс­ка­ли обе кор­зи­ны и высы­па­ли в рагу все остат­ки, объ­ед­ки и огрыз­ки. У нас была еще поло­ви­на мяс­но­го пудин­га и кусок беко­на; мы суну­ли их туда же. Потом Джордж нашел пол­бан­ки кон­сер­ви­ро­ван­ной лосо­си­ны и так­же бро­сил ее в кастрю­лю.

Он ска­зал, что в этом и заклю­ча­ет­ся пре­иму­ще­ство ирланд­ско­го рагу: мож­но изба­вить­ся от целой кучи ненуж­ных вещей. Я выудил из кор­зи­ны два трес­нув­ших яйца, и они тоже пошли в дело. Джордж ска­зал, что от яиц соус ста­нет еще гуще.

Я уже поза­был осталь­ные ингре­ди­ен­ты нашей стряп­ни; знаю толь­ко, что ничто не было упу­ще­но. Пом­ню еще, как в кон­це этой про­це­ду­ры Мон­мо­ран­си, кото­рый про­яв­лял ко все­му про­ис­хо­дя­ще­му вели­чай­ший инте­рес, куда-то уда­лил­ся с серьез­ным и задум­чи­вым видом, а через несколь­ко минут при­та­щил в зубах дох­лую водя­ную кры­су. По-види­мо­му, он хотел вне­сти и свою леп­ту в наше пир­ше­ство, но что это было — насмеш­ка или искрен­нее жела­ние помочь,- ска­зать не могу.

Дже­ром К. Дже­ром. “Трое в лод­ке, не счи­тая соба­ки”

Если же после про­чте­ния цита­ты, кро­ме хоро­ше­го настро­е­ния вами овла­де­ло жела­ние при­го­то­вить насто­я­щее ирланд­ское рагу — може­те посмот­реть видео, где весь­ма нагляд­но пока­зан весь про­цесс.

На 4–6 пор­ций рагу потре­бу­ет­ся:

  • 700 г бара­ни­ны (шея ягнён­ка с косточ­кой);
  • 700 г кар­то­фе­ля;
  • 400 г лука; 1 мор­ковь;
  • 1 ч. л. сви­но­го жира (или сли­воч­но­го мас­ла);
  • 1 ст. л. соли;
  • щепот­ка тимья­на;
  • чёр­ный перец горош­ком

И еще потре­бу­ет­ся тер­пе­ние. Ведь по рецеп­ту блю­до тушит­ся око­ло 3-х часов

Всем при­ят­но­го настро­е­ния и хоро­ше­го аппе­ти­та!

Еще вам могут понравиться статьи Добавить комментарий Отменить ответ последние прочтенные записи

АППЕТИТНЫЕ КАРТЫ

  • ВЕГАН ФУД-АРТ

  • НЕБЫВАЛЫЕ ИСТОРИИ ФОТОГРАФА ДЭНА БАННИНО

  • « АМЕРИКАНСКАЯ КУХНЯ» ПО-ФРАНЦУЗСКИ

  • ВЕСЕЛЫЕ КАРТИНКИ ПРОДУКТОВЫХ ПАР Рулетка записей ВКУСНАЯ РЕКЛАМА

    Как извест­но, рекла­ма – дви­га­тель тор­гов­ли. Нема­ло­важ­ную роль в про­дви­же­нии това­ра игра­ют реклам­ные прин­ты, кото­рые пере­да­ют реклам­ные сло­га­ны не столь­ко сло­ва­ми, сколь­ко сред­ства­ми изоб­ра­зи­тель­но­го искус­ства. И чем необыч­нее, ярче и ори­ги­наль­нее сде­ла­ны такие посте­ры, тем дей­ствен­нее рабо­та­ет рекла­ма. Пред­ла­га­ем под­бор­ку … Читать

    ГРИЗЕТКИ И ПИРОГ-ГАЛЕТ

    Гри­зет­ка, навер­ное, один из самых ярких обра­зов XIX века, без кото­ро­го невоз­мож­но пред­ста­вить париж­скую жизнь того вре­ме­ни. Ей посвя­ще­ны мно­го­чис­лен­ные стра­ни­цы лите­ра­тур­ных про­из­ве­де­ний, живо­пис­ные полот­на, науч­ные трак­та­ты. Она выве­де­на как геро­и­ня в самых раз­но­об­раз­ных пове­стях и рома­нах, пье­сах и опе­рет­тах. Читать

    Источник:

    www.art-eda.info

  • Эстезис - Путешествие с юмором: «Трое в лодке, не считая собаки» Дж

    Рубрика Анализ произведения СТАТЬЯ Путешествие с юмором: «Трое в лодке, не считая собаки» Дж. К. Джерома

    Самого автора оглушительная популярность книги обескураживала, в ироничном предисловии «Самореклама» к изданию 1909 года он пишет: «Я печатал книги, казавшиеся мне гораздо умнее, и книги, казавшиеся мне гораздо смешнее».

    Впоследствии появились вдохновлённые повестью продолжения и подражания других авторов, даже «Трое женщин в лодке» (1891) Констанс МакЭвен о лодочном путешествии трёх девушек в компании кота Тинторетто.

    «Трое в лодке, не считая собаки» – книга, неоднозначно принятая критиками-современниками из-за использования вульгарного, по их мнению, сленга, свойственного низшим классам общества, сейчас считается классикой неустаревающего и всегда актуального юмора.

    Джером К. Джером с фокс-терьером

    Травмировавшая тогдашних литературоведов лексика и тональность повествования не соответствовала культурным нормам поздневикторианской Англии, зато пришлась по вкусу массовому читателю.

    Повесть о Темзе

    Изначально повесть, представляющая собой синтез различных жанров, как юмористическая не задумывалась. Джером собирался написать классический путеводитель под названием «Повесть о Темзе»: «Я даже не собирался сначала писать смешной книги», — признавался он в мемуарах. Книга должна была сосредоточиться на Темзе и её „декорациях“, ландшафтных и исторических с небольшими смешными историями для разрядки…

    Но почему-то всё пошло не так. Оказалось так, что всё стало „смешным для разрядки“. С угрюмой решительностью я продолжал… Написал с дюжину исторических кусков и втиснул их по одному на главу» . Таким образом, Джером противопоставляет то, что он определяет как «юмористическое облегчение» (по его мнению, необходимая часть любого, даже самого серьёзного, произведения) меланхолическому настроению, в котором он собирался писать пейзажи и исторические экскурсы.

    Первый издатель повести, Ф. У. Робинсон, сразу вырезал почти все серьёзные отрывки и заставил Джерома придумать другое заглавие. «Я написал половину, когда мне в голову пришло это название — „Трое в лодке“. Лучше ничего не было».

    Тем не менее, от путеводителя в книге кое-что осталось – хотя бы точные названия населённых пунктов: Хэмптон-корт, Обезьяний остров, Остров Великой Хартии Вольностей и Марлоу. Маршрут двухнедельной поездки трех друзей от Кингстона до Оксфорда и обратно довольно легко отследить (тем более, что ко многим изданиям прилагается карта), поэтому многие поклонники повести его повторяли. Проследовать по этому пути тем интереснее, что названия многих баров и других местечек, встречающихся на пути, остались прежними.

    Ненадёжный рассказчик и комедия положений

    Юмористические обыгрывания и передёргивания обескураживают читателя с первых строк. К примеру, сразу же декларируется принцип достоверности повествования: «Прелесть этой книги – не столько в литературном стиле или полноте и пользе заключающихся в ней сведений, сколько в безыскусственной правдивости. На страницах ее запечатлелись события, которые действительно произошли <…> Джордж, Гаррис и Монморенси – не поэтический идеал, но существа вполне материальные». Однако данное утверждение не выдерживает критики. Хотя прототипами главных героев стал сам Джером и его друзья (в повести названные Джордж и Гаррис), подобного плавания они не совершали. У самого Джерома не было собаки, но он утверждал, что этот вымышленный пёс с выражением морды «О как испорчен этот мир и как бы я хотел сделать его лучше и благороднее» близок сердцу каждого английского джентльмена и без него поездка была бы немыслима.

    Хэмптон Корт, Темза

    Репутация главного героя как типичного для юмористической литературы ненадёжного рассказчика далее только подкрепляется. Комический эффект заключается в несоответствии (а иногда и очевидном противоречии) его слов реальности, которое не транслируется напрямую, а считывается читателем между строк. Так то, что главный герой, названный в оригинале только одной буквой J., ипохондрик, читатель понимает сам по длинному списку болезней, которые он у себя диагностирует. Не менее забавной выглядит и его самохарактеристика: «Я не могу спокойно сидеть и смотреть, как кто-нибудь трудится. Мне хочется встать и распоряжаться – расхаживать по комнате, заложив руки в карманы, и указывать, что надо делать. Такая уж у меня деятельная натура».

    Привлекательность героев для читателя в их жизненности и даже обыденности, это самые заурядные люди, которые встречаются на каждом шагу, лентяи и обыватели. Троица джентльменов Джерома похожа на других небезызвестных комических персонажей из цикла о Дживсе и Вустере последователя Джерома, П. Г. Вудхауса. Как и Вустер, «трое в лодке» полностью оторваны от бытовых дел (не могут без приключений сварить яйца или забить гвоздь) и тоже постоянно попадают в забавные передряги.Отношения внутри троицы непростые, они вечно подтрунивают друг над другом, а иногда и едко острят. Джей восхваляет себя, попутно высмеивая Гарриса и особенно Джорджа, которые в его интерпретации выглядят законченными идиотами: «Джордж засмеялся своим раздражающим, тупым, бессмысленным, неприятным смехом. Как они оба меня бесят!» Джордж отвечает тем же – насмехается над Джеем, когда тому пришлось нырять в реку за упавшей рубашкой.

    Однако эти три персонажа почти неразличимы между собой, лишены каких-либо характерных черт (разве что указывается, что Джордж вдвое толще остальных) и сливаются в образ одного путешественника-неудачника. В другом произведении Джерома «Как мы писали роман» рассказывается уже о группе соавторов-неудачников, которые так долго обсуждают возможное содержание будущего романа, что забывают его написать, увлекшись рассказыванием житейских историй и анекдотов.Вообще, подобный жанр юмористической хроники путешествия в литературе далеко не нов – можно увидеть переклички с «Записками Пиквикского клуба» Диккенса, а манера описания и «герой-неудачник» Джерома во многом схожи с прозой Марка Твена.

    Иллюстрация из первого издания «Трое в лодке, не считая собаки», 1889

    Помимо Диккенса «комедия положений» повести Джерома перекликается с произведениями Филдинга, Шеридана и Смоллета. Поэтому особенно странно, что некоторые критики обвиняли Джерома в игнорировании традиций британского юмора.Ненадёжность рассказчика проявляется и в постоянных отступлениях от основной сюжетной линии, в которых появляется множество внесценических персонажей вроде хрестоматийного дядюшки Поджера – деятельного пожилого отца семейства, чьи попытки повесить на стену картину одновременно комичны и мучительны для его родни. Повествование намеренно неровное – динамичные куски сменяются длинными описательными пассажами или анекдотическими историями (к примеру, о том, как Гаррис собрал двадцать человек на всем протяжении несложного Хэмптон-Кортского лабиринта и водил их кругами по переходам весь день в поисках выхода). К тому же, из повести можно подчерпнуть множество любопытных и разношёрстных сведений, например, о том, почему не стоит брать с собой в поездку сыр, можно ли доверять барометрам или как научиться играть на шотландской волынке.

    Трое друзей оказываются на редкость неопытными и неудачливыми путешественниками, неспособными толком собрать чемодан, вовремя встать утром, установить палатку или почистить картошку. По причине своей изнеженности и неуклюжести они попадают в нелепые ситуации, благодаря которым история напоминает традиционную «комедию положений». Забавно то, что исполнить свою задумку – проплыть весь путь на лодке путешественникам не удалось, под давлением неблагоприятной погоды они бросают лодку и возвращаются на поезде в Лондон, очень довольные этим решением. Во время ужина в ресторане они примиряются со всеми невзгодами и пьют за свою дружбу. Автор подтрунивает над неудачами горе-путешественников, но делает это неявно, поскольку читатель воспринимает всё в субъективном изложении Джея.

    От возвышенного к сниженному

    Не менее смешным кажется автору пафос Джея и его друзей, например, когда они возвышенно говорят о бегстве к природе от городской суеты: «Золотое воспоминание об умершем солнце медленно блекнет в сердце холодных, печальных облаков. Умолкнув, как загрустившие дети, птицы перестали петь, и только жалобы болотной курочки и резкий крик коростеля нарушают благоговейную тишину над пеленою вод, где умирающий день испускает последнее дыхание».

    Комизм проявляется в резких переходах от возвышенного стиля к сниженному в рамках одного абзаца: «Если бы вы очутились с Гаррисом ночью на берегу моря и сказали ему:

    "Чу! Слышишь? Это, наверное, русалки поют в морской глубине или печальные духи читают псалмы над бледными утопленниками, запутавшимися в цепких водорослях", – Гаррис взял бы вас за локоть и сказал бы: "Я знаю, что с тобой такое, старина. Ты простудился. Идем-ка лучше со мной. Я нашел здесь за углом одно местечко, где можно выпить такого шотландского виски, какого ты еще не пробовал. Оно мигом приведет тебя в чувство "».

    Для юмористического эффекта после заглавия каждой главы дано её краткое содержание в забавной форме вроде: «Битва Монморенси с чайником»; «Жертва ста семи смертельных недугов» или «Зловредность зубных щёток». Бытовые предметы – отдельный предмет разговора, помимо демонизации зубных щёток Джером пишет о коварстве других приборов, например, чайника (отрывок под названием «Упрямство чайника»), используя олицетворение: «Если чайник заметит, что вы с нетерпением ожидаете, когда он закипит, он даже не зашумит…Если вы очень торопитесь, то хорошо помогает громко говорить друг другу, что вам совсем не хочется чая и что вы не будете его пить. Вы подходите к чайнику, чтобы он мог вас услышать, и кричите: "Я не хочу чая. После этого чайник сейчас же перекипает и заливает спиртовку».Очевидно, что Джером не только придерживается традиций классической юмористической прозы и свойственной ей комедии положений, но и расширяет её возможности с помощью разнообразного арсенала художественных средств, в том числе стилевых контрастов, гипербол и запоминающихся олицетворений. Благодаря вариативности приёмов и универсальности шуток книга остаётся актуальной по сей день. ¦

    Литература
    1. Джером К. Джером. Трое в лодке (не считая собаки). Трое за границей. Пер. Г. Севера. Toronto. Aeterna, 2012.
    2. Джером К. Джером. Избранные произведения в 2 томах. М.: ГИХЛ, 1957.
    3. Джером К. Джером. Трое в лодке (не считая собаки). Как мы писали роман. Пирушка с привидениями. Рассказы. Пер. М. Донского и Э. Линецкой. Лениздат, 1958.

    Нашли ошибку в тексте? Выделите ее, и нажмите CTRL+ENTER

    Разделы Сотрудничество Мы в соц. сетях

    © Эстезис 2016. Любое использование материалов допускается только с согласия редакции.

    Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции. 16+

    Содержание Путешествие с юмором: «Трое в лодке, не считая собаки» Дж. К. Джерома

    Источник:

    aesthesis.ru

    Джером Дж.К. Трое в лодке, не считая собаки

    LitBlog — литературный блог

    Все мы наслышаны о нестандартности английского юмора! Говорят, будто понять его могут лишь посвященные, а сами британцы несказанно гордятся изысканностью своих мозговых реакций. Так уж случилось, что ярчайший пример британского юмора годами обходил меня стороной: я не читал «Трое в лодке, не считая собаки» ни в школе, ни позднее, и лишь сейчас эта книга оказалась у меня в руках. К сожалению, лишь сейчас!

    О чем книга

    Впервые она была опубликована в 1889 году. По своей задумке она не представляла собой нечто необычное, нестандартное, нечто оригинальное! Трое друзей отправляются по реке Темзе в небольшое путешествие — от Лондона и до Оксфорда. Писатель — Джером Клапка Джером — изначально задумывал ее как подробный справочник-путеводитель по указанному маршруту, а вместо этого получилось то, что получилось. Критики не жалели слов и места в газетах, чтобы как можно острее отозваться о прочитанном произведении. Джерома невзлюбили сразу: его местами вульгарный язык не пришелся по вкусу чопорным англичанам, а в период размеренности и уверенности в своем настоящем и будущем британцев поразила импульсивность основных персонажей и порой встречающаяся безнадега в книге. Трудно себе представить, чтобы в период процветания Британской Империи истинный англичанин мог позволить себе подобное изречение: «Я люблю работу: она меня завораживает. Я могу сесть и смотреть на это часами!». Сейчас же это воспринимается как очень остроумная шутка. И такими остротами книга буквально изобилует.

    Если мы не будем брать во внимание всю серьезность изначальной задумки автора, у него вышло отличное произведение о путешествии, сдобренное замечательной порцией английского юмора, причем в самых лучших традициях плутовских романов. В качестве примера на ум приходит работа испанского классика золотого века Сервантеса и его Дон Кихот. В ней мы тоже наблюдаем за путешествием, загадками, приключениями и юмором, но не простым и безобидным, а порой ироническим или даже сатирическим, направленным на обличение человеческих слабостей и низменных чаяний. Примечательно, что, казалось бы, даже в самых обыденных и обычных ситуациях Джером находить диковинную вещь, которая обязательно вызывает смех или улыбку. Тем не менее, его юмор не переступает через границы «дозволенного»: он не оскорбляет, не шутит в стиле американской молодежи, грязь и пошлость в его анекдотических ситуациях отсутствует как данность. Наверное, в этом и кроется отличительная черта знаменитого английского юмора!

    Но не стоит ошибочно полагать, будто вся книга состоит из компиляции анекдотов с оттенком непривычного для нашего уха юмора. На самом деле, «Трое в лодке» — это книга о простых жизненных ситуациях: о друзьях, о друзьях друзей, родственниках, знакомых. Реалистичный портрет — это отличительная черта книги Джерома. Он изысканно рисует портрет Гарриса и Джорджа, но не забывает и о том, чтобы наделить уникальными чертами и четвертого — пса по кличке Монморанси. Он ведь является четвертым и неотъемлемым участником путешествия. Ну и как не вспомнить сюжетные отсылки к дядюшке Поджеру (возможно, самые смешные и поучительные моменты в книге), в образе которого каждый из вас наверняка увидит своего приятеля или родственника.

    Думаю, даже в настоящем шедевре всегда можно отыскать детали, к качеству которых можно придраться. В книге «Трое в лодке, не считая собаки» такой деталью можно считать ее концовку — столь внезапную, будто автору просто наскучило писать свое произведение. Но вопреки всему, эта книга с целым каскадом приключений, сумасшедших историй, шуток и откровенных безумств оставит в вашей душе самые теплые впечатления.

    Интересные записи Навигация по записям Отправить ответ

    Оставьте первый комментарий!

    Подпишитесь на нашу рассылку Зарегистрироваться на этом сайте

    Пароль будет отправлен вам на e-mail.

    Источник:

    www.litblog.info

    Книга - Трое в лодке (не считая собаки) - Клапка Джером Джером - Читать онлайн, Страница 37

    Трое в лодке (не считая собаки)

    Словом, материала у Джерома было больше чем надо — и реального опыта на реке, и вечерних историй за уютным костром. Когда Джером брался за «Троих. », он уже был журналистом и уже вышли его книги «На сцене и за кулисами» (1885) и «Праздные мысли праздного человека» (в которой, как считается, он состоялся как автор юмористического очерка; 1886). Конечно, такой собиратель всячины, как Джером, на реке без блокнота не появлялся.

    «Праздные мысли. » первый раз вышли частями, в ежемесячнике «Домашние куранты», и публиковать очередную работу Джерома взялся тот же редактор «курантов», Ф. У. Робинсон. Сначала Джером собирался назвать книгу «Повесть о Темзе». «Писать смешную книгу сначала я даже не собирался», — признавался он в мемуарах. Книга должна была сосредоточиться на Темзе и ее «декорациях», ландшафтных и исторических, и только с небольшими смешными историями «для разрядки». «Но так не получилось. Оказалось так, что смешным „для разрядки” стало все. С угрюмой решительностью я продолжал. Написал с дюжину исторических кусков и втиснул их по одной на главу». Робинсон тут же выкинул почти все такие куски и заставил Джерома придумать другой заголовок. «Я написал половину, когда мне в голову пришло это название — „Трое в лодке. ”. Лучше ничего не было».

    Первая глава вышла в августовском выпуске 1888-го, последняя — в июньском 1889-го. Джером тем временем добился взаимности в Бристоле, у издателя Дж. У. Эрроусмита, который купил и издал книгу поздним летом 1889-го. В течение 20 лет было продано более 200 000 экземпляров в Британии и более миллиона в Америке. (С американских продаж Джерому не перепало ни цента, потому что США в то время еще не присоединились к Соглашению об авторском праве.)

    К настоящему времени книга переведена почти на все языки мира, включая японский, иврит, африкаанс, «фонографию» Питмана. Наибольшей популярностью при жизни Джерома «Трое» пользовались в Германии и России. На английском языке книга была экранизирована пять раз (с 1920-го по 2006-й), несколько раз адаптирована для телевидения и сцены, много раз читалась по радио и записывалась на кассету, как минимум дважды ставилась «театром одного актера», по ней был поставлен мюзикл.

    Критики-современники сразу с неприязнью отметили «малолитературный» стиль книги. Джером с ранних вещей стремился избавиться от «викторианской болезни» — перегружать текст замечаниями, не имеющими непосредственного отношения к контексту, «тупиковыми ветками» с точки зрения развития изложения. Например, первый параграф книги в самой первой, журнальной публикации имел другой вид: «Был Джордж, Билл Гаррис, я (или нужно говорить „я сам”) и Монморанси. Вообще-то, нужно говорить „были”: были Джордж, Билл Гаррис, я сам и Монморанси. Странное дело, но правильная грамматика всегда кажется мне деревянной и странной; причиной тому, полагаю, было воспитание в нашей семье. В общем, были мы, и мы сидели у меня в комнате, курили и беседовали о том, как были плохи — плохи с точки зрения медицины, я имею в виду, конечно». (Об этом параграфе в наше время не знает почти никто.)

    Зато у «простого читателя» книга сразу приобрела популярность — что объяснялось во многом новизной общего замысла. Очень популярные тогда Конан Дойл, Райдер Хаггард, Редьярд Киплинг, Роберт Луис Стивенсон предлагали читателю нереальных героев и таких же нереальных злодеев. У Джерома читатель встречает самых заурядных типов, которые находят себе развлечение, так сказать, «за углом» (причем буквально за тем же, за которым живет сам читатель). В эпоху, когда в напыщенности и высокопарности литература не испытывала недостатка, у Джерома можно было получить «глоток свежего воздуха».

    Неувлеченность правильной грамматикой, которая «всегда казалась» Джерому «деревянной и странной», вызывала дополнительный гнев критики. Джером первый стал пользоваться самой обычной, «каждодневной» речью (как выразился один критик, «разговорно-клерковским английским образца 1889-го»), делал это очень смешно, и делал там, где, с точки зрения «правильной викторианской литературы», делать это категорически запрещалось — собственно в тексте повествования, за пределами реплик. Англичанин викторианской эпохи с подобным в литературе еще не сталкивался.

    Критики честили Джерома на все корки. Они ненавидели этот «новый» юмор, «вульгарность» языка, «уличные» словечки и выражения вообще, и при виде подобного в изложении «от автора» разъярялись особенно.

    Отдельным предметом ярости стали «все эти ’Арри и ’Арриетты». Этот «термин», представляющий собой искаженные имена Гарри и Гарриетта, был выдуман средними классами; посредством него следовало презрительно отзываться о классах низших и вообще обо всяком, кто в начале слова «глотал» придыхательный «h», что с точки зрения «правильного» языка считалось недопустимым. Джерома даже как-то обозвали ’Арри К. ’Арри. «Можно было подумать, — вспоминал Джером, — что Британская империя находилась в опасности. „Стандард” отзывался обо мне как об угрозе английскому алфавиту. „Морнинг Пост” приводил меня как пример тех грустных результатов, которых следовало ожидать от „переобразованности низших слоев”. Думаю, могу претендовать на то, что я, свои первые двадцать лет в литературе, был самым поносимым автором в Англии».

    Для нас, современных русскоязычных читателей, эти забавные сведения представляют только умозрительный интерес. От того же лондонца многие тонкости сегодня уже ускользнули — книга в значительной степени привязана к социально-лингвистической ситуации. Никакой перевод ни на какой язык не в состоянии передать настроение такой специфичной книги во всех аспектах. И все равно, ее читали, читают и будут читать и любить во всем мире.

    В предисловии к изданию 1909-го Джером признавался в собственном недоумении по поводу неуменьшающейся популярности книги: «Мне думается, я писал вещи и посмешнее». Тем не менее именно эту книгу в конце концов стали называть «возможно, самой смешной книгой в мире». Пусть с технической точки зрения книга вызывала и вызывает нарекания, пусть критики всех времен обвиняют ее в «изломанности сюжета», «искаженности композиции», «издевательстве над литературностью» — Джером формирует такой образ, который остается в сердце читателя навсегда, и каждое поколение открывает для себя «Троих. » снова и снова.

    Источник:

    detectivebooks.ru

    Джером Дж.К. Трое в лодке, не считая собаки в городе Пенза

    В нашем каталоге вы всегда сможете найти Джером Дж.К. Трое в лодке, не считая собаки по доступной цене, сравнить цены, а также найти похожие предложения в категории Художественная литература. Ознакомиться с параметрами, ценами и рецензиями товара. Доставка производится в любой город России, например: Пенза, Чебоксары, Красноярск.