Книжный каталог

Перумов Н. Имя Зверя. Т. 1

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Характеристики

  • Код номенклатуры
    430000000000190032

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Перумов Н. Имя Зверя. Т. 2 Перумов Н. Имя Зверя. Т. 2 118 р. book24.ru В магазин >>
Перумов Н. Семь Зверей Райлега Кн.3 Имя Зверя т.2 Исход дракона Перумов Н. Семь Зверей Райлега Кн.3 Имя Зверя т.2 Исход дракона 172 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Перумов Н. Семь Зверей Райлега Кн.3 Имя Зверя т.1 Взглянуть в бездну Перумов Н. Семь Зверей Райлега Кн.3 Имя Зверя т.1 Взглянуть в бездну 231 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Перумов, Ник Имя Зверя.Т.1 : Взглянуть в бездну : Цикл Перумов, Ник Имя Зверя.Т.1 : Взглянуть в бездну : Цикл "Семь Зверей Райлега". Кн. третья 316 р. bookvoed.ru В магазин >>
Перумов Н. Война мага т.2 Перумов Н. Война мага т.2 105 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Перумов, Ник Имя Зверя : Т. 2 : Исход Дракона : Цикл Перумов, Ник Имя Зверя : Т. 2 : Исход Дракона : Цикл "Семь Зверей Райлега" : Кн. третья 201 р. bookvoed.ru В магазин >>
Перумов Н. Семь Зверей Райлега Кн.1 Перумов Н. Семь Зверей Райлега Кн.1 413 р. chitai-gorod.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Книга Имя Зверя

Имя Зверя. Том 1. Взглянуть в бездну О книге "Имя Зверя. Том 1. Взглянуть в бездну"

Путь сражений, магических открытий и познания себя для Алиедоры и Тёрна продолжается. Мир Семи Зверей на пороге гибели. Все меньше времени и шансов остается у его обитателей, чтобы дать отпор силам зла. Однако вместо того, чтобы объединиться против общего врага, Держава Навсинай продолжает бессмысленную войну с Некрополисом. Среди этого хаоса Тёрн и Алиедора идут своей дорогой. Следующие Пророчеству, уверенные в том, что именно дхусс и Гончая есть вестники и средоточие Зла, их захватывают посланцы Мудрых Смарагда. Но корабль, перевозивший пленников, попадает в ловушку, устроенную магами Навсиная, у которых свой счет и интерес к загадочной паре.

На нашем сайте вы можете скачать книгу "Имя Зверя. Том 1. Взглянуть в бездну" Ник Перумов бесплатно и без регистрации в формате fb2, rtf, epub, pdf, txt, читать книгу онлайн или купить книгу в интернет-магазине.

Скачать книгу Мнение читателей

Абсолютно не похоже на Хранителя мечей и Летописи разлома, довольно своеобразное повествование: местами скучно, местами очень интересно, очень много философствований

К сожалению, это уже не тот Перумов, которого взахлеб читал, не отрываясь раньше

Источник:

avidreaders.ru

Книга Имя Зверя читать онлайн Ник Перумов

Книга Имя Зверя читать онлайн

Ник Перумов. Имя Зверя Семь Зверей Райлега - 3

Том 1. Взглянуть в бездну

(Xa ommiali di gan Noori)

О тяготах народа ноори

(Предание живущих на смарагде)

Мы говорим – бесконечна Вселенная, неизмеримо Великое Древо и каждый Лист на нём – свой, особый мир. Всем в изобилии наделены сии миры, вдосталь там воды и воздуха, тепла и хлада, льда и пламени, света и тьмы. И лишь жизнь, тем паче – жизнь разумная – редка на Листьях. И потому мы говорим – драгоценен разум, даже более того, бесценен он. Нет ни слов, ни строф, чтобы выразить это. Нет нужды и доказывать. От начала времён заведено, что разум должен быть спасён во что бы то ни стало и любой ценой.

И менее разумные, соответственно, менее ценны, чем обладающие бóльшим разумом. Поэтому когда стали Безымянные в самом начале начал Землёй, Водой, Воздухом и Древом, никто из них не захотел взять себе власть над Огнём, стихией разрушения и уничтожения. Навсегда остался заточён Огонь в неведомых недрах – лишь один раз спустился туда Безымянный и, испытав страшную боль от падения в море неукротимого пламени, болью своей дал начало прóклятому людскому племени.

Но такая сила не может оставаться без хозяина. Нам неведомо как, но возник среди Сущего и Хозяин Пламени. Хотя можно назвать его и Хозяйкой, ибо существо сие не имеет пола, как открыто было величайшими из наших пророков в долгих дивинациях. Суть Огня – разрушение, он сам не плох и не хорош, но таков, каков есть. Все знают, даже малые дети, что и к добру могут обернуться его силы, и к худу. Но верим мы, ибо нет твёрдого знания, верим, что Огонь не желает уничтожения Сущего, ибо тогда погибнет и Он сам, пожрав всё, что может Его питать.

Однако с Огнём в Сущее вступило разрушение. Семена его разносятся повсюду, подобно искрам, разлетающимся от пожара. Болеют и умирают все: разумные и нет, наделённые речью и бессловесные. Не бессмертны и миры, говорим мы, и это уже не вера, но знание. Случается, отжив своё, должен умереть и Лист, где обитают бессчётные множества разумных. Спасутся лишь те, у кого достанет мудрости найти выход, дорожку для бегства. Так улучшается с эонами сама порода разумных – в гибели миров выживают лучшие.

Худшие уходят, и таков закон мироздания, роптать против коего не станет ни один истинный ноори.

Дело ясновидцев и пророков – предсказывать судьбу мира, вовремя замечать грозные признаки болезни, так же как лекарь замечает наступление хвори.

Мы, ноори, великие скитальцы, хотя ничего мы не любим и не ценим больше покоя, уюта и погружённости в магические изыскания. Нам не нужны завоевания и кровь, мы не создавали империй. Мы всего лишь жили тихой и мирной жизнью, когда наш мир, мир вокруг нас, явил первые признаки хвори.

Небо прочертила пламенная комета, огненный меч духов гнева, детей всеразрушающей стихии. И, едва комета скрылась, мир содрогнулся от боли. Страшная напасть, Гниль, всюду прорывалась чудовищными нарывами, из них извергались орды пожирающих всё на своём пути огромных насекомых. Лучшие маги и чародеи других народов бились, стараясь унять бушующую напасть, и некоторые из дочерей и сынов ноори встали с ними плечом к плечу, однако не преуспели. Тогда мудрейшие из Мудрых народа ноори, поняв, что ничего сделать уже нельзя, ценой великой жертвы оградили наш род от новых страданий. Сотворившая сие волшебница сделалась Звёздной Тенью, ибо даже небеса возрыдали, узрев её подвиг. И став призраком, не покинула Великая свой народ, а осталась с ним, пребывая в тайных покоях башни Затмений и готовая явиться, когда того требовала нужда.

Ещё дважды небеса становились алыми, ещё дважды рассекала их зловещая комета, неся на себе легионы прóклятых духов; но всякий раз вставали у них на пути Мудрые народа ноори.

Источник:

knijky.ru

Имя Зверя

Имя Зверя. Том 1. Взглянуть в бездну (Ник Перумов, 2011)

Путь сражений, магических открытий и познания себя для Алиедоры и Тёрна продолжается. Мир Семи Зверей на пороге гибели. Все меньше времени и шансов остается у его обитателей, чтобы дать отпор силам зла. Однако вместо того, чтобы объединиться против общего врага, Держава Навсинай продолжает бессмысленную войну с Некрополисом. Среди этого хаоса Тёрн и Алиедора идут своей дорогой. Следующие Пророчеству, уверенные в том, что именно дхусс и Гончая есть вестники и средоточие Зла, их захватывают посланцы Мудрых Смарагда. Но корабль, перевозивший пленников, попадает в ловушку, устроенную магами Навсиная, у которых свой счет и интерес к загадочной паре.

Оглавление

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Имя Зверя. Том 1. Взглянуть в бездну (Ник Перумов, 2011) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Тьма. Тишина. Это ведь уже было, Алиедора, правда? Совсем недавно – и века назад. В чёрном кубе кора Дарбе, чьи кости, дочиста обглоданные многоножками, остались валяться… где?

Я не помню, подумала она.

Нет, неправда, спустя какое-то время пришёл ответ. Ты просто приказала себе забыть. Он умер в стенах замка Венти, твоего родного замка, где ты родилась и выросла. Ты убила этого варвара – и ничуть не жалеешь. Ничуть. Тебе только жаль, что улизнул трёхглазый Метхли… и теперь ты даже не можешь пообещать ему месть. Потому что сама пленница, и кто знает, не покажется ли тебе дощатый ящик северянина королевскими покоями по сравнению с этой тюрьмой?

Нет, пока что здесь, конечно же, легче. Потому что остается осязание. Можно протянуть руку и коснуться пальцами мерно вздымающихся и опускающихся шипов на плече дхусса, можно ощутить тепло его тела. Мир не исчез, он здесь, просто ты – в плену.

Молчат, давно уже молчат разочаровавшиеся в тебе Дракон и Тьма. Молчат – ну и пусть. Подаренное легко отобрать, а вот новая сила, сила Гончей Некрополиса – она с тобой навсегда. Что бы ни случилось.

И никогда, никогда, никогда ты не окажешься среди толпы распалённых и дурно пахнущих бродяг, или наёмников, или любых иных, лапающих тебя и пытающихся стащить одежду. «Побитая собака» не повторится.

– Алиедора? – Дхусс, как всегда, почувствовал, как на неё накатывают злоба и ненависть.

– Не растрачивай себя понапрасну.

– Не буду. Но эти твои ноори… имевшие глупость захватить нас в плен… они ещё наплачутся. Вот уж на кого я «растрачу» себя с особенным удовольствием.

– Мудрые, Алиедора, предпочтут сохранить тебя «нерастраченной», если я хоть что-нибудь понимаю в происходящем.

– А что ты в нём понимаешь? Что они с нами сделают? Вернее, попытаются сделать. Потому что я…

– Алли, – перебил её неведомый дхусс, с настойчивой фамильярностью сокращая её имя… совсем по-домашнему. – Не советую недооценивать Мудрых. Во-первых, ты видела, на что способны… наши пленители. А Мудрые – могущественнее их. Значительно.

– А во-вторых, ты пьёшь обычную воду, а не эликсиры Некрополиса. Та отрава, что делала тебя Гончей, – её в твоих жилах всё меньше и меньше. Рано или поздно её не станет совсем, а мэтра Ксарбируса рядом не окажется.

– К тому, что нам уже приходилось спасать одну Гончую, оказавшуюся без своего походного аптекариума. Высокоучёный мэтр Ксар…

– Этот старикан, сухой, словно щепка? Весь сумочками увешанный?

– Всех-то ты уже знаешь… Да, именно он. Ему довелось выручать твою бывшую товарку, Стайни…

– Никогда о такой не слышала, – отрезала Алиедора.

– Не спорю. Едва ли Мастера Смерти ставили тебя в известность о всех своих делах, если не сказать – делишках. Так вот, эликсиры-то кончаются, в жилах у тебя их не прибавляется. Конечно, ты не теряла столько крови, сколько Стайни, вшитые скляницы смогут какое-то время поддерживать баланс, но время уходит…

Алиедора усмехнулась про себя. Да, всех эликсиров её лишили. Но плохо же дхусс думает о хозяевах Некрополиса, если полагает, что лучшее их творение можно сравнить с какой-то там рядовой Гончей, обычным мясом, каких действительно можно наделать сколько угодно, хватило бы только снадобий да были бы свободны понимающие в этом деле Мастера.

– Ты должна продержаться. – Теперь в голосе Тёрна слышалась настоящая тревога. – Прости меня. Я не сразу подумал об этом, и…

– И что? Что изменилось бы?

– Ты права. Но, быть может, это значит, что нам надо попытаться выбраться отсюда пораньше?

– Прямо сейчас ещё не могу, – вздохнул в темноте дхусс. – Не собрался ещё с силами.

– Я буду готова, как только ты скажешь.

– Нас засунули в такое место, откуда так просто не выберешься. Ломать придётся не простые замки.

– А какие? Ясно ведь, что магические.

– Не только. – Дхусс трудно шевельнулся, Алиедоре почудилось – она ощущает волну прокатившейся по его телу боли. – Магия, да, она конечно… но не только.

– А что? Говори толком, дхусс, говори толком! Меня в Некрополисе учили докладывать чётко, коротко и исключительно по делу.

– Я не уверен, что наша темница – в пределах известного тебе Мира Семи Зверей.

– Ч-что? – растерялась Алиедора.

Невидимый дхусс снова завозился в темноте, устраиваясь поудобнее; Гончую теперь уже отчетливо накрыло волной чужой боли. Тёрн не выдал себя ни единым звуком, но Алиедора давно уже умела слышать не только ушами.

Она сжала зубы. Если Гончая хочет выжить и победить, она имеет право на одно-единственное – на безжалостность. Прояви слабость один раз, с «достойным», и следующий раз рука дрогнет уже словно сама собой – только уже пощадив «недостойного». Что, в свою очередь, приведёт понятно к чему.

И потому Алиедора не пошевелилась. Не подсела к товарищу по несчастью, не положила руку на плечо, вытягивая чужую боль и обращая в собственную. Так и осталась сидеть, подтянув колени к подбородку и обхватив их руками. Сидеть и повторять про себя всё ту же извечную мантру узника – они оставили меня в живых, значит, я для чего-то им нужна. А раз нужна, то мы ещё побарахтаемся.

Невольно она сощурилась, словно прицеливаясь. Мышцы напряглись и вновь обмякли. Да, она не пьёт эликсиры, но если правы те Силы, что видели в ней нечто большее, чем простую смертную, она должна выдержать и это.

– Скорее всего то место, где мы сейчас, – не в пределах Райлега, – после паузы повторил Тёрн. Слова явно дались ему с усилием. – Магия позволяет…

– А смысл? – Алиедора не удержалась, чтобы не пожать плечами, пусть даже и в полной темноте. – Всё равно у этой темницы, как и у самого простого подземелья, есть дверь и есть замок. Значит, их можно сломать.

– Если ты их и сломаешь, – усмехнулся Тёрн, – то за дверью окажется совсем не то, что ты ожидаешь. Не корабельный трюм, а…

– Пустота, Алиедора. «Пустая пустота», как сказал бы мой учитель.

– Неужто пустота бывает полной?

– Разумеется. – В темноте послышался сдавленный смешок. – Ты даже не представляешь, чего только не встретишь в, казалось бы, совершенно пустом месте!

– Например, тебя, – спокойно ответил дхусс, и Алиедора закусила губу.

Он пытается её разговорить, заставить вспоминать, сделаться слабой. Никогда. Нет. Ни за что. Она не для того дралась и убивала, не для того терпела острые ланцеты Мастеров Некрополиса, чтобы теперь размякнуть – и проиграть.

Гончие не проигрывают.

– Ты переводишь разговор, – холодно сказала Алиедора, отодвигаясь от товарища по несчастью. – Во-первых, ни в каком «пустом месте» я не была. Меня захватили там же, где и тебя, на обычной земле, под обычным небом. Какая тут ещё «пустота»? Играешь словами, дхусс?

– Отнюдь, – немедля возразил Тёрн. – Если рассматривать мир как вместилище для наделённых даром магии, он почти пуст.

Мне неинтересно, подумала она. Нам надо выбираться из заключения, а он болтает о какой-то ерунде.

– Короче, дхусс, – отрезала Гончая, – мы что, не в нашем мире?

– Именно. И тропа открыта только Роллэ и Фереальву.

– Они такие могучие волшебники?

– Ты даже не представляешь себе насколько.

– Почему же эти Мудрые ещё не завоевали весь мир?

– Потому что им он не нужен, разве это так трудно понять?

– Они скрываются, – подумав, сказала она наконец, в душе досадуя, что ловкий дхусс всё-таки втянул её в разговор. – Раз скрываются, значит, боятся. Раз боятся, значит, есть причина. Если есть причина, то её надо устранить. Тогда исчезнет и страх.

– Ты даже не представляешь, насколько права, – с неподдельным жаром вдруг произнёс дхусс. – Ты даже не представляешь… Мудрые действительно живут в вечном страхе. Даже нет, не страхе – в ужасе. Всё их существование – это отыскание угроз, мыслимых и немыслимых. Отыскание и противодействие.

– Кто сидит и прячется, – фыркнула Алиедора, – тот проиграет. Он обречён. Надо наступать. Так меня учил кор Дарбе… и я с ним согласна.

– Кор Дарбе? – недоумённо переспросил дхусс, и Гончая тотчас с досадой прикусила язык.

Она как-то упомянула, что побывала в кубе у северных варваров, но в иные подробности не вдавалась.

Алиедора помедлила. Всё, что она скажет, может быть обращено против неё. Так учили в Некрополисе, и с этим она была совершенно согласна.

– Предводитель северян, – коротко бросила она.

– Прими моё сочувствие, – после паузы осторожно проговорил Тёрн. – Я знаю, кто они такие, кому поклоняются и какие приносят жертвы. Про их куб… мой учитель называл это «вместилищем», тоже довелось слыхать. Что же они с тобой сделали, Алиедора, что они с тобой сделали…

Он не лгал, проклятье. Таким голосом не лгут. Или как раз нет, как раз таким и лгут, такой используют, чтобы втереться в доверие.

Гончая сжала зубы. Отсюда не выбраться, помни, если размякнешь и начнёшь рыдать на шипастом плече.

– Да, – как можно спокойнее и равнодушнее сказала она. – Я была у варваров. Ничего особенного. Некрополис бы их изрубил, как кухарка флаки для осенней трапезы.

– Они поклоняются некоему божеству… – начал Тёрн.

– Белому Дракону, – перебила Алиедора. – Язычники, коим неведом свет истинной веры, – что с них возьмёшь? – Последнее было сказано, само собой, не просто так.

– Они приносят ему кровавые жертвы. И не просто жертвы…

– Как и все дикие племена.

– Выучила в Некрополисе, Алиедора?

– Что они с тобой делали? Как ты там оказалась? Захватили в плен?

– Это не твоё дело, любознательный дхусс. Я выжила – этого достаточно. Давай поговорим о том, как станем отсюда выбираться.

– Иногда лучше подождать, пока тюремщики сами отопрут твой замок, Алли.

– Не верю, – фыркнула Алиедора. – Тюремщики отпирают дверь тогда, когда это нужно им, а не тебе. И потом… я так и не поняла насчёт иного мира…

– Мудрые всегда отличались большим умением играть с бытийными планами – ты понимаешь, что это значит?

– Понимаю, – оскорбилась Алиедора. – Не считай Гончих тупыми убийцами, Тёрн.

– Я был бы последним, поверившим в такое. Помнишь, я говорил о Гончей, которую нам, нашему кервану, довелось спасать в самом начале?

– Провалами памяти не страдаю. Но я ведь уже сказала – ничего о ней не знаю. Я была лучшей из лучших, Тёрн. Такие, как я, не должны обременять себя знаниями о рядовых, исполняющих приказы.

– Ты самонадеянна, – с оттенком осуждения заметил дхусс.

– Какая есть, – равнодушно отозвалась Алиедора. – Сокамерников, как и родителей, не выбирают. Тебе придётся смириться с моим самонадеянным соседством.

– Я очень рад нашему соседству. Жаль только…

– Что этакая сила из-за твоей самонадеянности не послужит тому, чему должна послужить.

– Это ты мне укажешь, что ли, чему или кому служить? – ухмыльнулась узница.

– Отделываешься пустыми словесами, дхусс? Мол, жизнь подскажет, судьба направит? Ерунда. В Некрополисе правильно говорили, что нет никакой «жизни» и нет никакой «судьбы», а только то есть, что ты сам сотворил.

– Я говорю то же самое. А твоя сила… твоя сила должна защищать и оберегать.

– Тьфу! Хватит с меня красивых сказок, дхусс. Поговорим лучше о том, что станем делать, когда, как ты сказал, тюремщики сами откроют замoк. Что мы увидим?

– Что увидим? – эхом откликнулся дхусс, и Алиедоре показалось, что в темноте его глаза вспыхнули алым. – Увидим, скорее всего, западную гавань Смарагда – Виэсе. Белые башни над аквамариновым морем. Розоватые стены, такого камня больше нет нигде в пределах Райлега. Над входом в бухту нависают огромные полукруглые рондели, в тёмных бойницах всегда наготове метательные орудия. За портом – город. Вернее, по вашим людским меркам – городок. Там нет сточных канав, нечистоты не текут по улицам, там замощён даже самый мелкий проулок…

– Подумаешь! – ревниво перебила дхусса Алиедора. – В Некрополисе тоже нет сточных канав. И там тоже ничего нигде не течёт. Нечего зря похваляться.

Дхусс негромко усмехнулся.

– Бросаешься защищать Некрополис? Ему это не требуется, поверь. Я знаю, о чём говорю. Могу даже назвать кое-кого из Мастеров, с кем довелось… столкнуться, скажем так.

– Вот даже как? И с кем же именно?

– Скажем, Мастер Латариус. О, вздрогнула, несмотря на всю выдержку. Тебе он ведь тоже знаком?

– Не твоё дело. – Откуда он может знать Латариуса?! Что за странная игра? Нет, нет, ему ничего из неё не вытянуть. Не стоит начинать дорогу к трону Некрополиса с постыдных признаний.

– Не моё так не моё. – Дхусс явно не желал спорить. – Но вообще-то поговорить о стране Мастеров Смерти я бы не отказался.

– Кажется, ты начал рассказывать о гавани Виэсе, – напомнила Гончая. – Это, я б сказала, сейчас куда важнее. Везут нас именно туда, если, конечно, ты не ошибся.

– Не ошибся. В городке нет ни трущоб, ни богатых кварталов – потому что на Смарагде нет ни богатых, ни бедных. Все равны. Отличаются личными способностями и заслугами, но не «родовитостью» или накопленным золотом.

Алиедора презрительно фыркнула. С этим она уже сталкивалась – в Некрополисе, где аристократия отсутствовала как таковая. Ничего, это она исправит, как только вырвется отсюда и займёт достойное её положение среди Мастеров.

А в том, что она вырвется, Алиедора не сомневалась. Время шло, эликсиры она не употребляла, однако урона в силах не чувствовала.

А дхусс всё говорил и говорил, и Гончая словно наяву видела всё это – неправдоподобные чистые улочки, невиданные на севере деревья и лианы с яркими цветами, более похожими на птиц, и птиц, больше похожих на цветы. Стены не нависают, не давят путника, напротив, сплетённые из одного лишь каменного кружева, они словно подхватывают оказавшегося в Виэсе, помогая сбросить груз и усталость дороги. Резные раковины, поднимающиеся над островерхими крышами, словно ладони, собирают лёгкие ветра, направляя их по нешироким улочкам и заставляя сметать в море пыль и мелкий сор. На восток из городка убегает дорога – мощённый белыми плитами тракт, главный тракт острова. Он тянется вдоль Хрустальной, самой большой реки острова, хотя правильнее будет сказать – речки, по меркам что Меодора, что Долье.

А ещё дальше на восток – горы. Их пики остры, словно копья, и покрыты вечными снегами, хотя горы куда ниже тех же Реарских. Высоко в тех горах стоит башня, тонкое лезвие, вонзённое в податливое небо, – чёрная блестящая сталь, сваренная в подземных пещерах Оружейников, где рождаются лучшие мечи этого мира. Это башня Затмений, одна из шести цитаделей, возведённых Мудрыми, магами-правителями Зачарованного острова. Когда-то хозяева Смарагда владели также и Луалом, соседним, куда бoльшим островом; но оттуда пришлось бежать, когда на зелёных берегах высадились первые отряды людей. На Луале остались три башни – Пространств, Звёзд и Глубин. Туда до сих пор втайне пробираются отряды со Смарагда: башни сами по себе могучие артефакты, которые не разобрать и не перенести на новое место. На Смарагде таких башен тоже три – облицованная бирюзой башня Океанов на крайней южной оконечности острова, тёмно-синяя с разбросанными по поверхности золотыми искрами башня Полуночи на крайнем севере и, наконец, самая главная – уже упоминавшаяся башня Затмений в горах, чёрная, как первородная тьма.

– Башня Затмений… – тихо плыли слова дхусса, завораживая и увлекая за собой. – Чёрный камень, который не камень, и чёрная сталь, которая не сталь. Сваренный в тиглях из расплавленного нечто, но не спрашивай, какие элементы земные дали начало этому материалу. В этой башне решается судьба Смарагда. А порой, мне кажется, и куда больше, чем одного лишь Смарагда.

– Нас везут туда? – Невольно Гончая поддавалась развёрнутому перед ней видению.

– Именно. Ничего другого я не жду. Раз Мудрые отправили за нами лучшую пару своих ищеек – нас ждёт именно башня Затмений. Место, где магия Смарагда наиболее сильна, почти неодолима.

– А твоя? Разве твоё волшебство какое-то другое?

Дхусс вновь усмехнулся.

– Всё вместе, Алиедора, всё вместе. В чём-то – такое же; ему меня учили с малолетства, как только обнаружились какие-то способности. Но в чём-то и совершенно иное: освоенное самим.

– Самим? Или у тебя был учитель?

– Нет, Алли. Не было. Роллэ – мой наставник в прошлом, однако он учил меня именно что магии Смарагда. Всё остальное я брал сам. А учителя… Однажды я встретил такого – в заповедных лесах на севере Смарагда. Я был совсем молод, искал истину – а он ответил мне, что единственная истина – в постижении своего собственного бессмертия. В нахождении путей обмануть Костлявую. Забыть обо всём. Ничего не желать, ни о чём не жалеть, ни к чему не стремиться. И всё это ради того, чтобы сделаться призраком после своей телесной гибели. Тогда я был совсем юн, о многом даже не задумывался. Например, о том, как этот человек – не ноори, обычный человек, как и ты, – попал на Зачарованный остров. Сюда ведь дорога открыта только избранным. Сам того не желая, он научил меня многому, но совсем не тому, о чём ты думаешь.

– А откуда ж это тогда взялось? – не отставала Алиедора. – Нам с тобой, дхусс, драться плечом к плечу до самого конца, так что я должна знать!

– Ты или твой Некрополис? – проницательно заметил Тёрн.

– Сейчас я и только я, – не смутилась Алиедора. – Ну так что?

– Это называется школой Беззвучной Арфы, – ответил дхусс, немного помедлив, но без тени недовольства в голосе. – Суть в том, чтобы заставить звучать твою собственную музыку, заставить её звучать очень и очень громко.

– И это всё? – фыркнула Алиедора. – Ох наслушалась я таких вот пустых словес! «Твою собственную музыку» какую-то выдумали, которую ещё и «заставлять» звучать надо!

– Я неправильно сказал, – повинился Тёрн. – Магия – такая вещь, что, коль станешь заставлять, – ничего не добьёшься. Просто в каждом из нас – у кого-то громче, у кого-то тише – звучит великая музыка. Песня творения. Она может быть прекрасной или страшной, может литься нежно и чисто или взорваться предсмертным воплем – но она есть. У каждого, Алиедора, у каждого.

– И что же, – Алиедора сжала кулаки. – Каждый может сделать эту музыку слышимой?

Она ждала сакраментального «да, только надо…» и потом какое-нибудь набившее оскомину переложение прекраснодушных словес фра Шломини. Потому что все они, паладины Добра и Света, на удивление скучны и однообразны.

– Нет, не каждый, – спокойно ответил дхусс, и Алиедоре на миг показалось, что её товарищ по несчастью каким-то образом прочёл её мысли. – Если бы смог каждый, мир, Алли, в один миг стал был кровавым пожарищем. Представь себе: все несчастные, обиженные, оскорблённые, обделённые, бедные – все, решительно все, кинулись вдруг сводить счёты? Да ещё при помощи могущественной магии?

– Решительно все? – Алиедора сама бросилась в наступление. – Вот прямо-таки все-все-все? От мала до велика? И стар и млад?

– Цепляешься к словам, – констатировал дхусс. – Нет, конечно, «все-все-все» не кинутся. Всегда достанет тех, кто, напротив, собой закроет слабого, погибнет, выталкивая детей из огня или спасая тонущих стариков. Но…

– Но большинство-то, оказывается, не такие, как надо? – не унималась Гончая. – Тьфу, дхусс. И ты туда же. Мастера Смерти куда честнее.

– Большинство не «не такие», – вздохнул дхусс. – Они просто ещё не выросли. Они как дети, понимаешь?

– Опять мы с тобой не о том. – Алиедора уже корила себя, что ввязалась в очередной бесполезный спор. – Можешь меня научить своей магии? Вот прямо сейчас, чтобы, когда замки отопрут, я бы…

– Тогда и время терять незачем. Мне про твоё чародейство, Тёрн, интересно, очень интересно, но сперва неплохо бы из темницы выбраться. Говори дальше про башню Затмений. Про Мудрых. Кто такие, сколько их, на что способны…

– Ты же видела моего бывшего наставника, Роллэ. Ты видела его в деле. А Мудрым доступно куда большее. Не говоря уж о трёх Великих Мудрых.

– Великие Мудрые? Это ещё кто такие?

– О! – Тёрн пошевелился рядом с нею в темноте. – Великие Мудрые – три в прошлом великие чародейки и провидицы народа ноори. Все они принесли себя в жертву ради того, чтобы жили остальные. Их сила не смогла расточиться, они остались призраками, обитателями глубоких и никому не ведомых подземелий в башне Затмений.

– То есть они правят? – деловито осведомилась Алиедора. – Командуют остальными Мудрыми?

– Нет. Они советуют. Смарагд – не тирания. Эти три чародейки – даже имена их ныне неведомы, потому что они не желали никакой славы или почестей.

– Что же они совершили?

Тёрн тяжело усмехнулся.

– Они трижды спасали народ ноори, когда те или иные силы, могуществом много превосходящие всё прочее, покушались на его бытие.

– Эк витиевато-то как. А попроще?

– Прорывалась Гниль. Из ниоткуда возникало Проклятое Дитя. Каждый раз в ином обличье, наделённое разными силами из разных, как утверждалось, источников. Насчёт последнего не уверен, может, и неправда. Существование ноори всякий раз висело на волоске, потребовались огромные усилия и жертвы, но народ уцелел. Сами небесные духи, преклоняясь перед их жертвенностью, наделили их плотью из звёзд и ночного сияния. Так они и живут с тех пор, не покидая пределов башни Затмений – хотя сначала ещё и башни-то самой не было, – давая совет и надежду всякому, кто печётся о судьбе народа ноори…

– Славно, славно, – протянула Алиедора. – Звёздные призраки, х-ха! Красивые сказки, и складно ты их сказываешь. Любишь лясы точить, одним словом. Всё, хватит. Описывай башню. Входы, выходы, окна. Всё, что помнишь.

– Я никогда там не бывал, Алиедора.

Гончая не выдержала – от души врезала кулаком по доскам пола.

– Толку с тебя, дхусс! Столько разговоров, а потом оказывается – «никогда не бывал», «ничего не знаю»… Как ты вообще собираешься выпутываться из этой истории?! Вот всё, больше ни слова не скажу, пока от тебя не услышу хоть чего-то дельного!

– Ты следила за мной, – нимало не растерявшись, начал Тёрн. – Скажи, пожалуйста, что ты заметила?

– Что я могла заметить?! Твоих спутников… алхимика… сидху… эту, как её, позор для настоящих Гончих, Стайни, гнома с мечом…

– Всё правильно. И больше ничего? Или, вернее, больше никого?

– Ну как же, – протянула Алиедора. – Заметила. Ещё одно милейшее создание, не знаю только, как его прозывают. На вид девчонка-малолетка, а на самом деле – ходячий сосуд с Гнилью. Таскается за вашим отрядом как привязанная, но никогда не подходит достаточно близко. Видела я её, как же, конечно. Неужто думал – я такое упущу? Если б упустила, в Некрополисе давно бы сдали на зомбирование.

– Эту девочку зовут Мелли. Она – дитя Гнили, рыцари Ордена Солнца… или, вернее, Ордена Гидры каким-то образом сохранили ей жизнь. Когда я угодил к ним в крепость, они попытались заставить меня говорить – с помощью этой несчастной. У них ничего не получилось, зато магия открыла дорогу в подземелье… некоей сущности с иного Листа – как я это понимаю, – и от моих пленителей ничего не осталось. Мне удалось бежать. Мелли потащилась за мною следом – наверное, просто потому, что натравить на меня её успели, а прочесть снимающее притраву заклятье – уже нет. Так вот, Мелли следует за мной как прикованная. Моря и океаны её не остановят.

– По дну пойдёт, что ли? – не выдержала Алиедора.

– По дну слишком долго выйдет, – без тени усмешки заметил дхусс. – Нет, скорее уж прицепится к какому-нибудь кораблю. Не завидую я тогда его команде, если честно.

– Сожрёт? – деловито осведомилась Гончая.

– Н-не уверен, – замялся Тёрн. – Но кошмары, болезни, постоянный ужас – это точно.

– Перетерпеть можно. – Алиедора осталась равнодушна. – Дальше, дхусс, дальше! Как это чудовище может нам помочь?

Дхусс негромко рассмеялся.

– Мудрые верят в пришествие Рокового Дитя. По разным системам гадания и предсказаний им могут быть и ты, и я, и Мелли. Она – скорее всего. И опять же, если Мудрые попытаются применить к этой несчастной силу – им придётся солоно. Очень солоно.

– Ну вот, наконец-то хоть что-то дельное. Значит, Мелли устроит Мудрым заварушку, во время которой мы и скроемся. Что ж, неплохой план, не хуже других.

– Нам не потребуется скрываться, Алиедора, уверяю тебя. Напротив, Мудрые станут на коленях умолять нас помочь им «совладать с чудовищем».

– Она настолько сильна, эта Мелли?

– Не называй меня так!

– Я не Алли. Я – Гончая. Лучшая из всех.

– Хорошо, – не стал спорить дхусс. – Так вот, о Гончая, лучшая из всех, Мелли сильна невероятно, так же сильна, как набравшая ход лавина в зимних горах. Я видел. Я знаю.

– Значит, Мудрые сами снимут с нас цепи?

– В точку, Алли… о, извини, Гончая.

– И нам ничего не надо делать? – подозрительно осведомилась Алиедора. – Чародеи, они, знаешь ли, такие… ждёшь от них одного, а получаешь… – Она поёжилась, вспомнив трёхглазого Метхли.

– Нет, отчего же. Ты права, чародеи, превысив некий предел силы, начинают мыслить… странно. Если Мудрые не разглядят в Мелли угрозы, если не обратятся к нам с просьбой о помощи, мы… – Он помедлил, словно на что-то решаясь.

– Мы просто сбежим. Драться со всем Смарагдом у меня нет никакого желания. Я никому не хочу зла. Даже нашим пленителям.

Слабак, презрительно подумала Алиедора. Вот потому-то ты и проигрываешь. Вот потому-то тебя и предадут все, кто только можно, потому что люди идут за силой и только за ней. Больше ни за чем.

А ты? – вдруг спросила она себя. Ты его тоже предашь? Оставишь при первой возможности?

Разумеется, пожала она плечами. Это путь Гончей. Это путь Некрополиса. Ты должна побеждать, а не распускать нюни.

Нет. Всё-таки нет. Это хорошо для мяса, для таких, как эта провалившаяся Стайни или даже для обычных Гончих. Алиедора – особенная, избранная, единственная – потому и стала таковой, что всегда шла собственным путём.

Ох… Она откинулась, прижимаясь затылком к шершавым доскам.

Ты чего-то недоговариваешь, дхусс. Сперва наплёл про замки, про какие-то иные бытийные планы – уж не оттого ли, что не желаешь проливать кровь бывшего наставника? И потом – что Мудрые сами не просто подарят нам свободу, но ещё и упрашивать станут выступить вместе с ними?

Врёшь, прекраснодушный дхусс. Боишься моей силы, тебе страшно, что я разнесу вдребезги твой драгоценный Смарагд. Боишься – и врёшь. Разумеется, во спасение, как и все подобные тебе. Признаться даже самим себе у вас не хватает смелости.

– Хорошо, – сказала она наконец. – Значит, спасаться нам не нужно, ничего делать не нужно. Просто чуток подождать, пока нас не усадят за праздничный стол.

– Я надеюсь, что это будет именно так.

Угу-угу. Будет, всенепременно будет.

Но больше ведь он сейчас ничего не скажет, этот шипастый упрямец.

– Сколько, ты думаешь, я продержусь ещё без эликсиров? Ты ведь с этого начинал, правда, дхусс? И как же, по-твоему, я должна ждать обещанной тобою благости?

– Ты не теряла много крови, – тут же откликнулся Тёрн. – Стайни, когда мы её подобрали, почти умирала. Сидха Нэисс всадила в неё четыре @Neander Xazix@ (Neander Xazix), четыре Иглы-до-Сердца. Знаешь, что это такое, о Гончая?

– Четыре? Невозможно. Даже после одной не выживают.

– А вот Гончая, или, вернее сказать, бывшая Гончая, по имени Стайни выжила.

Алиедора вдруг ощутила, как у неё начинает кружиться голова.

Что такое Игла-до-Сердца, она помнила. Мастер Латариус об этом говорил, и неоднократно. Помнила и то, что уцелеть после этого заклятья невозможно, если только не отобьёшь. Правившие в Некрополисе ревниво следили за успехами боевой магии всех остальных ведомых им рас, племён и государств. Отбить (Neander Xazix) можно, но для этого Гончей следовало быть почти Алиедорой.

Так. Очень интересно. И, несомненно, это очень заинтересовало бы Мастеров.

– Она не могла выжить.

– Ты видела своими глазами…

– Она не могла выжить! – заорала Алиедора, стискивая кулаки. – Если она не отдала концы сразу же, значит, была накачана эликсирами, да такими, что даже мне о них и подумать страшно!

– Ерунда, – не поверил дхусс. – Ей просто повезло. Невероятно, невообразимо – но повезло. Ну и я вовремя оказался рядом. И потом, когда мы доставили её к мэтру Ксарбирусу, он ничего не… Да и дальше, она вполне оправилась…

Ом-Прокреатор, ну какой же Тёрн болван. А туда же – лезет в паладины со своей Беззвучной Арфой!

– Дхусс Тёрн! – Алиедора постаралась, чтобы это прозвучало как можно холоднее и суше. – Можешь мне не верить, но после Иглы-до-Сердца не выживают. Если эта бывшая Гончая сумела ещё и куда-то уползти, получив не одну, но четыре, – это значит, её к этому специально готовили. Значит, влили такие эликсиры, что удержали её на самой грани смерти.

– Ну и что? – пожал плечами Тёрн. – Может, и влили. Какое это теперь имеет значение? Она больше не Гончая Некрополиса. Склянки с отравой из неё вырезаны, спасибо всё тому же мэтру Ксарбирусу.

Нет, всё-таки болван.

– Эти эликсиры, – постаралась сдержаться Алиедора, – не получала, насколько мне известно, ни одна Гончая. Я в том числе. Меня – да и других! – учили отбивать это заклятье, учили, несмотря на то что способных на такое – раз-два и всё. Пропустить Иглу-до-Сердца означало умереть, стать сырьём для зомбирования, и никакие ухищрения алхимиков Некрополиса тут помочь не могли. А если твоя распрекрасная Стайни выдержала четыре таких иголочки, значит, она вся, до кончиков пальцев, сделалась таким вот эликсиром с одной-единственной целью – пережить заклинание сидхи. Если бы в Некрополисе создали простую и надёжную защиту против (Neander Xazix) – можешь не сомневаться, он сыскался бы в венах каждой Гончей.

– Ну и что ты хочешь сказать, Алиедора?

Она зло усмехнулась, сверля взглядом окружающую тьму.

– А то, дорогой мой паладин, что всё это с самого начала было задумано в Некрополисе. Всё, с самого начала.

– И они, – Тёрн не скрывал иронии, – отправили особую, накачанную специальным эликсиром Гончую?

– Но что же это за эликсир? И почему его нельзя было дать, как ты говоришь, каждой Гончей? Мы встретились со Стайни уже много времени назад – с ней ничего не случилось, она свободна, отрава Мастеров Смерти ей больше не нужна… Я не понимаю тебя. Или, Алиедора, ты ошибаешься, и бывшей Гончей и впрямь просто очень-очень повезло.

Я не верю в такое везение, подумала Алиедора, сохраняя презрительное молчание. Твою Стайни специально готовили. И специально отправили туда. Вот только зачем. И что это за эликсир? Что-то необратимое? Медленно разрушающее всё тело? Или – стоп! – что он там говорил насчёт мэтра Ксарбируса?

– Что с ней сделал тот алхимик? Что он сделал с… – слово далось не сразу, – с бывшей Гончей?

Гончие не бывают бывшими. Когда она станет королевой Некрополиса, это сделается непреложным законом, и никакие посторонние «мэтры» ничего не смогут изменить. Гончая-предательница должна умереть в жутких муках и быть зомбирована. Точка.

– Очистил ей кровь. – Даже во тьме Алиедора уловила, как Тёрн с некоторым недоумением пожал плечами. – Вырезал вшитые скляницы с эликсирами. Вылечил её, одним словом.

– Ну вот тебе и ответ, – с торжеством бросила Алиедора. – Стайни должна была умереть или переродиться во что-то иное, но твой Ксарбирус её спас. Ну и ты, паладин, конечно, тоже приложил руку. И что же, у тебя не шевельнулось сомнения? Ты же знаешь, что такое Игла-до-Сердца!

– Я помогал раненой. Для сомнений это не место и не время.

– А потом? Неужели не задумался?

– Нет. Я не оскорбляю своих друзей и спутников пустыми подозрениями.

«И как это они ещё не воткнули тебе нож в спину?» – удивилась про себя Алиедора.

– Это всё равно ничего не изменит в наших делах, – упрямо продолжал дхусс. – Какие бы планы ни строил Некрополис, они давно рухнули. Стайни свободна от яда. Она больше не Гончая. Она человек.

Алиедора ничего не ответила. Ты не знаешь Мастера Латариуса, хотелось сказать ей. Ни один его план никогда не был «просто планом». Всегда имелось второе, третье, четвёртое или даже пятое дно; всякое дело было лишь частью некоего куда большего предприятия.

Итак, Некрополис уже давно тянул руки к тебе, Тёрн. Или к этой сидхе. Или к вам обоим вместе, подгадав так, что вы окажетесь в одной связке. Хотя ведь и я не получала приказов на что-то решительное, только следить за тобой и твоим отрядом, ничего больше. Проклятая клетка! Ничего, ничего, дай только мне выбраться на свободу, и я покажу этим фереальвам и роллэ, что такое Гончая Некрополиса!

У тебя нет эликсиров и негде восполнить запасы. Ты уверена, что уже стала той самой Гончей, что не нуждается ни в какой алхимии?

Увидим, посулила Алиедора самой себе. Увидим. Я должна.

Оглавление

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Имя Зверя. Том 1. Взглянуть в бездну (Ник Перумов, 2011) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Карта слов и выражений русского языка

Онлайн-тезаурус с возможностью поиска ассоциаций, синонимов, контекстных связей и примеров предложений к словам и выражениям русского языка.

Справочная информация по склонению имён существительных и прилагательных, спряжению глаголов, а также морфемному строению слов.

Сайт оснащён мощной системой поиска с поддержкой русской морфологии.

Источник:

kartaslov.ru

Перумов Н. Имя Зверя. Т. 1 в городе Пермь

В нашем каталоге вы имеете возможность найти Перумов Н. Имя Зверя. Т. 1 по разумной стоимости, сравнить цены, а также найти прочие предложения в категории Художественная литература. Ознакомиться с параметрами, ценами и обзорами товара. Доставка товара осуществляется в любой город России, например: Пермь, Нижний Новгород, Казань.