Книжный каталог

Богдан Сушинский Власов: восхождение на эшафот

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Андрей Андреевич Власов (1901–1946), генерал-лейтенант Красной армии, командующий 2-й Ударной армией Волховского фронта, кавалер ордена Ленина и двух орденов Красного Знамени. После победного контрнаступления зимой 1941 года 20-я армия под командованием А. Власова освобождает Солнечногорск и Волоколамск, а самого генерала называют «спасителем Москвы». По распоряжению Главного политуправления пишется книга о Власове «Сталинский полководец». Сам Георгий Жуков дает генералу весьма положительную характеристику. И вдруг… предательство? Открытый переход на сторону врага?.. В своем новом увлекательном романе известный писатель Богдан Сушинский прослеживает реальный путь генерала Власова от гибельных для его армии Волховских болот до эшафота, на который он взошел по приговору Военной коллегии Верховного суда 1 августа 1946 года.

Характеристики

  • Форматы

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Богдан Сушинский Власов: восхождение на эшафот Богдан Сушинский Власов: восхождение на эшафот 149 р. litres.ru В магазин >>
Богдан Сушинский Похищение Муссолини Богдан Сушинский Похищение Муссолини 169 р. litres.ru В магазин >>
Богдан Сушинский Похищение Муссолини Богдан Сушинский Похищение Муссолини 149 р. litres.ru В магазин >>
Богдан Сушинский На острие меча Богдан Сушинский На острие меча 149 р. litres.ru В магазин >>
Богдан Сушинский На острие меча Богдан Сушинский На острие меча 365 р. ozon.ru В магазин >>
Богдан Сушинский Полюс капитана Скотта Богдан Сушинский Полюс капитана Скотта 149 р. litres.ru В магазин >>
Богдан Сушинский Полюс капитана Скотта Богдан Сушинский Полюс капитана Скотта 235 р. ozon.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Читать Власов: Восхождение на эшафот - Сушинский Богдан Иванович - Страница 1

Богдан Сушинский Власов: восхождение на эшафот
  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 529 884
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 458 115

Власов: восхождение на эшафот

© Сушинский Б. И., 2015

© ООО «Издательство „Вече“», 2015

© ООО «Издательство „Вече“», электронная версия, 2015

Часть первая. …И помиловать павших

Не для того на Руси возводят виселицы, чтобы зачитывать под ними указы о помиловании!

Когда у входа в камеру смертников Власов немного замешкался и молодой конвоир ударом в спину втолкнул его в тюремное пристанище, другой, годами и чином постарше, назидательно проворчал:

– Смертник он теперь. Смертников не бьют, испокон веков так заведено.

– Предателей – можно, – процедил ударивший. – Этих – всегда «заведено» было: хоть бить, а хоть сразу вешать.

Он уже хотел закрыть за лишенным всех наград и званий командармом стальную дверь, но в это время послышались чеканные шаги и жесткий, словно сквозь жестяное сито процеженный, голос генерала Леонова[1]. Того самого, что возглавлял следствие по делу «командного состава Русской Освободительной Армии» и, в присутствии следователя Комарова, несколько раз лично допрашивал ее командующего.

– Попридержать дверь, конвойный! Я сказал: попридержать! – прикрикнул он, хотя тот и так оцепенел и даже успел произнести свое уставное: «Есть, попридержать!»

Леонов приказал часовым отойти от двери и, прикрыв ее за собой, несколько мгновений стоял напротив обессиленного, более обычного сутулящегося и как-то мгновенно состарившегося Власова.

Рука его с портсигаром дрожала точно так же, как и рука смертника, которого он угощал и который все никак не мог приноровиться к пламени трофейной немецкой зажигалки генерала.

– Когда казнь? – едва слышно спросил Власов, с трудом совладая с охватывавшей его нервной дрожью.

– Уже сегодня, на рассвете. Сейчас половина третьего.

Власов молча кивнул и сделал несколько глубоких затяжек. Генерал взглянул на лицо осужденного: оно посерело и настолько осунулось, что можно было просматривать все очертания черепа.

– Сталин хоть знает, что.

– Верховный все знает, – резко прервал его Леонов, оставаясь верным своей привычке называть Сталина только так. – Вы ведь прекрасно помните, Власов, что первоначально суд должен был состояться еще в апреле. Так вот, в связи с этим, еще в марте было принято решение: всех подсудимых по данному процессу приговорить к смертной казни через повешение, на основании пункта 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля сорок третьего года. И привести приговор в исполнение «в условиях тюрьмы».

– Значит, еще в марте?

– У подножия эшафота лгать не пристало.

– Почему же вы раньше считали это возможным для себя, генерал?

Леонов едва заметно ухмыльнулся. Он вдруг вспомнил любимое выражение Абакумова – «гнать следственную мерзость». Так вот, ложь в беседах с обреченным он мог объяснить и оправдать сейчас только этим – необходимостью гнать эту самую «следственную мерзость».

– И что было бы, если бы вы знали о таком решении, Власов? Что изменилось бы?

– Вел бы себя совершенно по-иному. И на допросах, и на суде.

– Что в этом странного? – воинственно нахмурился Власов.

– Не льстите себе, командарм. Вести себя по-иному вы уже не способны были, и вы это прекрасно знаете. Как известно вам было и то, что в нашей стране отправлены на смерть тысячи командиров, которые не имели и сотой доли той вины перед Родиной, с какой пришли в эту камеру вы, крестный отец кроваво-предательской «власовщины».

Леонов говорил спокойно, не повышая тона, однако смысл слов оказался настолько унизительно хлестким, что обреченный вздрагивал под ними, как под ударами хлыста.

– Мне известно, скольких здесь казнили до меня, однако…

– Дело не в том, скольких в этих стенах казнили до вас, – чуть было не сорвался на крик начальник следственного отдела. – А в том, что вы, лично вы, бывший из бывших, не способны были вести себя иначе, потому что, вместо того чтобы готовиться встретить смерть достойно, как подобает солдату, вы мелочно цеплялись за любую возможность спасти свою шкуру. Поэтому-то совершенно откровенно говорю: слушать вас на суде было мерзко.

– Согласен, это действительно было мерзко, – неожиданно пробормотал комдив.

– Причем не потому мерзко, что вы предатель, враг; эти стены и не таких видели, а потому, что слишком уж жалким выглядели, совершенно не похожим на того Власова, который в течение нескольких военных лет представал перед нами в ипостаси командарма РОА.

– В ипостаси командарма, – с безразличием обреченного пролепетал Власов.

– Когда вы в очередной раз мелочно уличали кого-то из своих бывших подчиненных во лжи, не то что перед офицерами РОА, перед бойцами конвоя стыдно было.

– Теперь я и сам признаю это, – тихим, срывающимся голосом, глядя себе под ноги, произнес командарм. – Выглядело это действительно постыдно.

Только теперь обреченный поднял глаза, чтобы умоляюще взглянуть на своего мучителя. Он явно просил о пощаде.

– Утешением вам может служить только то, что и подчиненные ваши вели себя так же гнусно, как и их командир, – скорее по инерции, чем из желания еще раз нанести ему словесный удар под дых, изощрился начальник следственного отдела.

Впрочем, он тоже имел право на некий профессиональный триумф: что ни говори, а в следственном поединке с Власовым – «с самим Власовым!» – этого зубра демагогии он переиграл начисто. Потому и не сомневался, что руководство это заметит и оценит.

– Почему не хотите признать, генерал, – вдруг заговорил обреченный, – что это вы разлагали меня своими предположениями, мнимыми надеждами и ничем не подкрепленными обещаниями? А значит, тоже вели себя, не как подобает офицеру.

– Вам напомнить текст вашего последнего приказа, изданного уже в плену, в расположении части Красной Армии? Чтобы вы, в свою очередь, вспомнили, что именно гарантировали тогда бойцам Русской Освободительной; тем бойцам, которые не бросили оружие, не побежали сдаваться англо-американцам, и которые все еще действительно верили вам?

Напоминать командарму не нужно. Даже сейчас, находясь в нескольких шагах от эшафота, он помнил его дословно: «Я нахожусь при командире 25-го танкового корпуса генерале Фоминых. Всем моим солдатам и офицерам, которые верят в меня, приказываю немедленно переходить на сторону Красной Армии. Военнослужащим 1-й Русской дивизии генерал-майора Буняченко, находящимся в расположении танковой бригады полковника Мищенко, немедленно перейти в его распоряжение. Всем гарантирую жизнь и возвращение на Родину без репрессий. Генерал-лейтенант Власов».

– Но ведь советское командование уверяло меня, что при добровольной сдаче… Что, мол, существует директива, в стремени, да на рыс-сях! – даже в этой ситуации не отрекся командарм от любимой присказки, прилепившейся еще в лихую Гражданскую.

– Так вот, то же самое «советское командование» уверяло кое в чем и меня, – жестко парировал Леонов. – Что, мол, существует директива… Но, к вашему сведению, все сдавшиеся офицеры РОА к нынешнему дню уже расстреляны, в то время как низшие чины частью расстреляны, а частью загнаны в лагеря, откуда вряд ли когда-нибудь выберутся. Впрочем, так им и… – генерал хотел сказать еще что-то, но, с пренебрежительной вальяжностью взмахнув рукой, прервал себя на полуслове и решительно направился к двери. – Я ведь почему зашел, осужденный Власов? – проговорил он, уже приложив руку к дверной стали. – Когда вас возведут на эшафот, не забудьте с петлей на шее напомнить всем нам, с чьим любимым именем на устах вы умираете.

Но, видно, обреченный уже не способен был воспринять всего заложенного в эту фразу сарказма, потому что вдруг все тем же униженно срывающимся голосом спросил:

Мог ли тогда начальник следственного отдела Главупра контрразведки СМЕРШ генерал-майор Александр Леонов предположить, что уже в декабре 1954-го сам он тоже будет расстрелян как изменник Родины? Причем расстреляли его вместе с арестованным еще в июле 1951 года «изменником Родины» министром госбезопасности (МГБ) Виктором Абакумовым (министром он стал 7 мая 1946 года, сменив на этом посту Всеволода Меркулова, тоже расстрелянного в 1953 году за измену Родины.). При этом Абакумов был обвинен в государственной измене и в попытке воспрепятствовать следствию по делу о «еврейских национал-сионистах», а также по делу о «врачах-убийцах». Заодно с ними был расстрелян и основной следователь по «делу Власова» Комаров.

Источник:

www.litmir.me

Книга Власов: восхождение на эшафот - Сушинский Богдан скачать бесплатно, читать онлайн

Власов: восхождение на эшафот О книге "Власов: восхождение на эшафот"

Андрей Андреевич Власов (1901–1946), генерал-лейтенант Красной армии, командующий 2-й Ударной армией Волховского фронта, кавалер ордена Ленина и двух орденов Красного Знамени. После победного контрнаступления зимой 1941 года 20-я армия под командованием А. Власова освобождает Солнечногорск и Волоколамск, а самого генерала называют «спасителем Москвы». По распоряжению Главного политуправления пишется книга о Власове «Сталинский полководец». Сам Георгий Жуков дает генералу весьма положительную характеристику. И вдруг… предательство? Открытый переход на сторону врага.

В своем новом увлекательном романе известный писатель Богдан Сушинский прослеживает реальный путь генерала Власова от гибельных для его армии Волховских болот до эшафота, на который он взошел по приговору Военной коллегии Верховного суда 1 августа 1946 года.

На нашем сайте вы можете скачать книгу "Власов: восхождение на эшафот" Сушинский Богдан бесплатно и без регистрации в формате fb2, rtf, epub, pdf, txt, читать книгу онлайн или купить книгу в интернет-магазине.

Источник:

avidreaders.ru

Читать онлайн Власов: восхождение на эшафот автора Сушинский Богдан Иванович - RuLit - Страница 1

Читать онлайн "Власов: восхождение на эшафот" автора Сушинский Богдан Иванович - RuLit - Страница 1

Власов: восхождение на эшафот

© Сушинский Б. И., 2015

© ООО «Издательство „Вече“», 2015

© ООО «Издательство „Вече“», электронная версия, 2015

Часть первая. …И помиловать павших

Не для того на Руси возводят виселицы, чтобы зачитывать под ними указы о помиловании!

Когда у входа в камеру смертников Власов немного замешкался и молодой конвоир ударом в спину втолкнул его в тюремное пристанище, другой, годами и чином постарше, назидательно проворчал:

– Смертник он теперь. Смертников не бьют, испокон веков так заведено.

– Предателей – можно, – процедил ударивший. – Этих – всегда «заведено» было: хоть бить, а хоть сразу вешать.

Он уже хотел закрыть за лишенным всех наград и званий командармом стальную дверь, но в это время послышались чеканные шаги и жесткий, словно сквозь жестяное сито процеженный, голос генерала Леонова[1]. Того самого, что возглавлял следствие по делу «командного состава Русской Освободительной Армии» и, в присутствии следователя Комарова, несколько раз лично допрашивал ее командующего.

– Попридержать дверь, конвойный! Я сказал: попридержать! – прикрикнул он, хотя тот и так оцепенел и даже успел произнести свое уставное: «Есть, попридержать!»

Леонов приказал часовым отойти от двери и, прикрыв ее за собой, несколько мгновений стоял напротив обессиленного, более обычного сутулящегося и как-то мгновенно состарившегося Власова.

Рука его с портсигаром дрожала точно так же, как и рука смертника, которого он угощал и который все никак не мог приноровиться к пламени трофейной немецкой зажигалки генерала.

– Когда казнь? – едва слышно спросил Власов, с трудом совладая с охватывавшей его нервной дрожью.

– Уже сегодня, на рассвете. Сейчас половина третьего.

Власов молча кивнул и сделал несколько глубоких затяжек. Генерал взглянул на лицо осужденного: оно посерело и настолько осунулось, что можно было просматривать все очертания черепа.

– Сталин хоть знает, что.

– Верховный все знает, – резко прервал его Леонов, оставаясь верным своей привычке называть Сталина только так. – Вы ведь прекрасно помните, Власов, что первоначально суд должен был состояться еще в апреле. Так вот, в связи с этим, еще в марте было принято решение: всех подсудимых по данному процессу приговорить к смертной казни через повешение, на основании пункта 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля сорок третьего года. И привести приговор в исполнение «в условиях тюрьмы».

– Значит, еще в марте?

– У подножия эшафота лгать не пристало.

– Почему же вы раньше считали это возможным для себя, генерал?

Леонов едва заметно ухмыльнулся. Он вдруг вспомнил любимое выражение Абакумова – «гнать следственную мерзость». Так вот, ложь в беседах с обреченным он мог объяснить и оправдать сейчас только этим – необходимостью гнать эту самую «следственную мерзость».

– И что было бы, если бы вы знали о таком решении, Власов? Что изменилось бы?

– Вел бы себя совершенно по-иному. И на допросах, и на суде.

– Что в этом странного? – воинственно нахмурился Власов.

– Не льстите себе, командарм. Вести себя по-иному вы уже не способны были, и вы это прекрасно знаете. Как известно вам было и то, что в нашей стране отправлены на смерть тысячи командиров, которые не имели и сотой доли той вины перед Родиной, с какой пришли в эту камеру вы, крестный отец кроваво-предательской «власовщины».

Леонов говорил спокойно, не повышая тона, однако смысл слов оказался настолько унизительно хлестким, что обреченный вздрагивал под ними, как под ударами хлыста.

– Мне известно, скольких здесь казнили до меня, однако…

– Дело не в том, скольких в этих стенах казнили до вас, – чуть было не сорвался на крик начальник следственного отдела. – А в том, что вы, лично вы, бывший из бывших, не способны были вести себя иначе, потому что, вместо того чтобы готовиться встретить смерть достойно, как подобает солдату, вы мелочно цеплялись за любую возможность спасти свою шкуру. Поэтому-то совершенно откровенно говорю: слушать вас на суде было мерзко.

– Согласен, это действительно было мерзко, – неожиданно пробормотал комдив.

– Причем не потому мерзко, что вы предатель, враг; эти стены и не таких видели, а потому, что слишком уж жалким выглядели, совершенно не похожим на того Власова, который в течение нескольких военных лет представал перед нами в ипостаси командарма РОА.

– В ипостаси командарма, – с безразличием обреченного пролепетал Власов.

Мог ли тогда начальник следственного отдела Главупра контрразведки СМЕРШ генерал-майор Александр Леонов предположить, что уже в декабре 1954-го сам он тоже будет расстрелян как изменник Родины? Причем расстреляли его вместе с арестованным еще в июле 1951 года «изменником Родины» министром госбезопасности (МГБ) Виктором Абакумовым (министром он стал 7 мая 1946 года, сменив на этом посту Всеволода Меркулова, тоже расстрелянного в 1953 году за измену Родины.). При этом Абакумов был обвинен в государственной измене и в попытке воспрепятствовать следствию по делу о «еврейских национал-сионистах», а также по делу о «врачах-убийцах». Заодно с ними был расстрелян и основной следователь по «делу Власова» Комаров.

Источник:

www.rulit.me

Читать книгу ()

Богдан Сушинский Власов: восхождение на эшафот

Богдан Иванович Сушинский

Андрей Андреевич Власов (1901–1946), генерал-лейтенант Красной армии, командующий 2-й Ударной армией Волховского фронта, кавалер ордена Ленина и двух орденов Красного Знамени. После победного контрнаступления зимой 1941 года 20-я армия под командованием А. Власова освобождает Солнечногорск и Волоколамск, а самого генерала называют «спасителем Москвы». По распоряжению Главного политуправления пишется книга о Власове «Сталинский полководец». Сам Георгий Жуков дает генералу весьма положительную характеристику. И вдруг… предательство? Открытый переход на сторону врага.

Часть первая. …И помиловать павших

Не для того на Руси возводят виселицы, чтобы зачитывать под ними указы о помиловании!

Когда у входа в камеру смертников Власов немного замешкался и молодой конвоир ударом в спину втолкнул его в тюремное пристанище, другой, годами и чином постарше, назидательно проворчал:

Когда начальник следственного отдела вышел, Власов медленно осел на пол у стены и обхватил голову руками. Все, что только что сказал генерал, развеялось вместе с ржавым скрипом дверных засовов, тем не менее обреченный был признателен ему. Уже хотя бы за то, что несколько страшных минут ожидания гибели он позволил ему провести в человеческом общении, рядом с какой-то живой душой, хоть на какое-то время избавленный от безысходности и отчаяния.

В этой камере-одиночке блока смертников генерал-майор Леонов был не впервые. Когда в самом начале допросов командарм начал артачиться, заявляя, что не станет отвечать на вопросы, пока ему не позволят «встретиться лично с товарищем Сталиным», начальник СМЕРШа комиссар Абакумов[6 - С марта по 7 мая 1946 года В. Абакумов был также заместителем министра госбезопасности.], которому министр госбезопасности поручил лично курировать «дела обер-власовцев», сказал Леонову:

Источник:

knizh.ru

Сушинский Богдан - Власов

Сушинский Богдан - Власов. Восхождение на эшафот

Андрей Андреевич Власов (1901–1946), генерал-лейтенант Красной армии, командующий 2-й Ударной армией Волховского фронта, кавалер ордена Ленина и двух орденов Красного Знамени. После победного контрнаступления зимой 1941 года 20-я армия под командованием А. Власова освобождает Солнечногорск и Волоколамск, а самого генерала называют «спасителем Москвы». По распоряжению Главного политуправления пишется книга о Власове «Сталинский полководец». Сам Георгий Жуков дает генералу весьма положительную характеристику. И вдруг… предательство? Открытый переход на сторону врага. В своем новом увлекательном романе известный писатель Богдан Сушинский прослеживает реальный путь генерала Власова от гибельных для его армии Волховских болот до эшафота, на который он взошел по приговору Военной коллегии Верховного суда 1 августа 1946 года.

Данная книга недоступна в связи с жалобой правообладателя.

Источник:

royallib.com

Богдан Сушинский Власов: восхождение на эшафот в городе Иваново

В данном интернет каталоге вы всегда сможете найти Богдан Сушинский Власов: восхождение на эшафот по доступной цене, сравнить цены, а также посмотреть прочие книги в группе товаров Художественная литература. Ознакомиться с параметрами, ценами и рецензиями товара. Доставка производится в любой город России, например: Иваново, Оренбург, Киров.