Книжный каталог

Корнев Б. Реальная четверка. Повесть

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Корнев Б. Реальная четверка. Повесть Корнев Б. Реальная четверка. Повесть 198 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Корнев, Борис Федорович Реальная четверка Корнев, Борис Федорович Реальная четверка 200 р. bookvoed.ru В магазин >>
Корнев, Борис Федорович Бухта Провидения Корнев, Борис Федорович Бухта Провидения 223 р. bookvoed.ru В магазин >>
Корнев Б. Бухта провидения. Повесть и рассказы Корнев Б. Бухта провидения. Повесть и рассказы 198 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Корнев Б. Дальтоник. Не всякие глаза видят врага. Повесть Корнев Б. Дальтоник. Не всякие глаза видят врага. Повесть 198 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Корнев Б. Тандем. Роман Корнев Б. Тандем. Роман 198 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Павел Корнев Экзорцист Павел Корнев Экзорцист 149 р. litres.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Новая книга Бориса Корнева: al_ah

Новая книга Бориса Корнева

Скажу сразу и без обиняков – «Реальная четверка» Бориса Корнева написана на твердую четверку. И это – не просто игра слов. Повесть соткана из мяса реальности, из жил и сухожилий самого автора. То есть на фактическом материале, что всегда заслуживает уважения. В ней нет ни одного необеспеченного жизнью поворота или эффектного рассказа, поставленного только ради привлечения внимания. Это не значит, что в ней не может быть преувеличений или авторских придумок. Без них не существует ни одного художественного произведения. Здесь тоже присутствует элемент запланированных «случайных встреч», которыми так богата романистика вообще. Как не вспомнить Кушнеровское: « Сиди, прозаик, тих и нем. Никто не встретился ни с кем». Так вот это не про Корнева. Если, скажем, в романе у Пастернака подобное выглядит явным и чересчур нарочитым приемом (ни в коем случае не сравнивая авторов, говорю лишь об используемых методах), то тут далеко неслучайные «случайные» встречи есть сама суть повести. Не элемент художественности, но неотъемлемая часть сюжетной канвы. Понятно, что это не произвол автора, а просто по-другому и быть не могло.

Все, что берется изображать Борис Корнев, имеет не просто реальную основу, но и досконально ему известно. Большая, кстати, редкость в литературе вообще, а в современной – тем более. Сам материал исследован значительно глубже, чем явлено в книге, и это хорошо чувствуется по тексту.

Занимательно описана стремительная судьба четырех одноклассников, которых разбросала жизнь после школы по разным углам неотвратимо завершающейся советской действительности. Удачливый партработник, выезжающий заграницу и имеющий собственный кабинет в Смольном, несгибаемый вор, являющийся самым главным и уважаемым зеком в лагере, мужественный офицер КГБ, побывавший во всех мыслимых горячих точках и стойкий диссидент, вечно борющийся с властью за справедливость. Вот та четверка, которая цепко держит все повествование наплаву. Вокруг них расположены другие персонажи. Их много и, к сожалению (возможно, это основной минус повести), их имена мало откладываются в памяти и плохо идентифицируются. Многочисленные второстепенные герои – одноклассницы, одноклассники и различные сослуживцы прорисованы значительно хуже вышеозначенной четверки и оттого практически не запоминаются. Раз уж пошел такой разговор, то в разряд минусов я бы отнес и неравномерность авторского внимания к четырем главным героям. Автор самым пристальным образом исследует представителя номенклатуры Сергея Богданова, словно нехотя расставаясь с ним ненадолго ради того, чтобы мельком вспомнить о мытарствах диссидента Вовки Спивака. Однако, все же, уделив последнему определенное количество проникновенных страниц, автор практически не касается судьбы «хронического» заключенного Петра Филиппова, всего раз сводя его в поразительной лагерной встрече со Спиваком и раз – с кэгэбэшником Лисочкиным. При этом чувствуется, что жизнь Филиппова, лишь намеченная неоправданно скупыми штрихами по богатству и глубине вряд ли уступит жизни остальных героев. То же касается и офицера КГБ Юрия Лисочкина. Несколько случайных эпизодов и пояснительный текст за кадром. Неоправданно разные объемы, на мой взгляд, даны главным героям.

Так о чем же, собственно эта книга?

Четверо семиклассников (друзья, разумеется) с целью «повышения успеваемости» решаются выкрасть ночью журнал из учительской. Затея проваливается самым страшным образом – их застает любимый учитель труда – однорукий Васильевич. В процессе бегства один из мальчишек прыгает из раскрытого окна и виснет на березе. Пытаясь его спасти, учитель свешивается на подоконник, но тут, обнаруживается прячущийся в складках шторы Юрка Лисочкин. «То ли трудовик наступил на тяжелый бородового цвета занавес, то ли…» - оставляет некоторую неопределенность Корнев. Карниз обрушивается на голову Васильевича. Учитель падает вниз на камни и разбивается. Несчастный случай или убийство? Виновного по разорванной форме находят быстро – это тот самый, повисший на дереве Петька Филиппов. Взяв всю вину на себя и никого не выдав, он отправляется по 89-ой статье в трудовую колонию для несовершеннолетних, обрекая тем самым троих друзей на серьезную духовную работу. Года через полтора приходят слухи о его гибели от рук отмороженных сокамерников. Каждый из оставшихся ребят в одиночку борется с муками совести и это сильно разводит друзей в разные стороны. Им жутко оставаться наедине друг с другом.

По мощности (а может, потому что Корневым описана школа с французским уклоном) эта глава стилистически напомнила мне одну из самых сильных распутинских повестей «Уроки французского». К сожалению, в следующей главе автор резко меняет скорость повествования, как бы переставая детально отслеживать своих персонажей, занимаясь лишь констатацией их служебного и личностного роста. Безусловно, для перехода к новому времени подобное отстранение тоже нужно, но разница между главами в подходе к описанию жизни героев слишком бросается в глаза. Как будто фильм поставили на ускоренную перемотку. Пронзительно изображено падение в диссидентство Вовки Спивака, отправной точкой которого стало несправедливое поведение рядовых милиционеров. Усугубляя свою ненависть к существующему строю он доходит до крайней точки – заключения в тюрьму, где избитый, в одиночном карцере, особенно остро осознает, что и он виноват в гибели Петьки Филиппова. Он чувствует, что пришла расплата за детское малодушие. Однако жизнь чудеснее любых представлений о ней: судьба приводит его на зону, где самым авторитетным вором оказывается чудом выживший Петька, который, собственно, и помогает ему спастись. До обидного мало, в телеграфной манере, изображена жизнь самого Петьки.

Так же скупо автор касается и судьбы Юрки Лисочкина. Работа военного советника в арабских странах, бегство из расстреливаемой гостиницы в Афганистане, да еще встреча с тем самым Петькой и неуклюжая попытка оправдаться перед ним. А мы ведь помним это страшное открытое «то ли…», в приведенной выше цитате, при описании падения гардины на голову учителя. Расплатой за юношеский поступок станет прикрытие теневого бизнеса бывшего зека и бывшего друга.

Вообще, возможно главная черта этой повести – любовь автора ко всем четырем персонажам. Это почти невероятно, так как все они выражают предельно противоположные взгляды. Казалось бы, что общего может быть у ответственного работника районного комитета КПСС с профессиональным диссидентом? Но Богданов, жертвуя карьерой, отпускает, бегущего в американское посольство по поддельным документам, Спивака. Да и как любовно описан сам Спивак, чьи взгляды явно чужды автору. Обиженный на начальство отец настраивает его против строя и власти. Вовка внимает и доверяет ему: «Очень понятные слова отца потом висели над ним всю жизнь, словно огромный абажур с постоянно включенной стоваттной лампочкой».

Это большое искусство – не занимать ни чью сторону, оставаясь в повествовании как бы отстраненным, но все же не посторонним.

На 150 страницах пролетела насыщенная и по-разному захватывающая жизнь четырех одноклассников. Пролетела так быстро, как и в реальной жизни. Да и вообще, все произведение реальное. На твердую четверку. Впрочем, с этого я и начал.

Корнев Б. Ф. "Реальная четверка". – Повесть. – Спб. изд-во "Историческая иллюстрация", 2011 г. – 160 стр.

  • Добавить комментарий
  • 0 комментариев

Android Выбрать язык Текущая версия v.211.4

Источник:

al-ah.livejournal.com

Реальная четверка, Литература

Литература Ещё один сайт на WordPress Реальная четверка

У нас вы можете скачать книгу «Реальная четверка» в fb2, txt, pdf, epub, doc, rtf, jar, djvu, lrf! Для этого заполните поле ниже и нажмите скачать.

Автор: Борис Федорович Корнев

Описание: Скажу сразу и без обиняков – «Реальная четверка» Бориса Корнева написана на твердую четверку. В номинации художественной прозы лауреатом стал Борис Корнев, отмеченный за свой роман «Реальная четвёрка». Федорович, Корнев Борис Петрович, Иванов Павел Павлович, Горюнова Зоя Александровна, Степанов Борис Михайлович, Нефедьев Виктор Алексеевич, Андреева. Достаточно серьезная опасность для пляжей, потому что все пляжи покрыты мелкими. Также к чистопольцам обратились военком района и представитель Совета ветеранов, Борис Павлович Корнев. Корнев Борис Федорович - одна из миллионов жертв преступного режима, репресированных во времена большевистского и коммунистического террора в СССР. КОРНЕВ Борис Анатольевич - судебный пристав по ОУПДС Озинского районного отдела судебных. рядовой Осипенко Борис Федорович – телефонист, номер расчета 3-й батареи - медаль «За отвагу» -. А воспитанники Юрия Суркова Константин Вишняков и Юлиана Салахова были на той. ОЦУП АЛЕКСАНДР ФЕДОРОВИЧ (ОНЕГИН) 1844-1925 Из немецкой семьи, которая жила в России со времен Петра I.

Источник:

natali-nn.ru

404 ошибка - страница не найдена

Получите скидку!

Скидки до 15%!

Скидки до 15%! Игра в Читай-город!

Игра проводится со 2.01.2018 по 11.01.2018. В игре могут участвовать только зарегистрированные в интернет-магазине* «Читай-город» пользователи. Скидка 5%, 10% и 15% будет предоставляться в зависимости от количества правильных ответов на загадки.

Действует до: 10 января 2018 г.

Спецпредложение

Новинки книг по супер цене!

Ввод промокода не требуется.

Действует до: 31 января 2018 г.

Спецпредложение

Книжные бестселлеры по супер цене!

Ввод промокода не требуется.

Действует до: 31 января 2018 г.

Спецпредложение

Книга – лучший подарок!

Ввод промокода не требуется.

Детали на странице акции.

Действует до: 31 января 2018 г.

Спецпредложение

Аудиокниги – любимые произведения в дороге, на отдыхе и за рулём по супер цене!

Ввод промокода не требуется.

Действует до: 31 января 2018 г.

Скидка на заказ

Дополнительные детали на странице акции.

Действует до: 31 января 2018 г.

Скидка на заказ

Дополнительные детали на странице акции.

Действует до: 31 января 2018 г.

Скидка на заказ

Дополнительные детали на странице акции.

Действует до: 31 января 2018 г.

Скидка на заказ

Лучшие из лучших!

Дополнительные детали на странице акции.

Действует до: 31 января 2018 г.

Спецпредложение

Дополнительные детали на странице акции.

Действует до: 31 января 2018 г.

Подарок к заказу

В самом первом письме — две книги в подарок!

Детали на странице акции.

Действует до: 31 января 2018 г.

Скидки до 15%

Книжная эволюция! Скидка до 15%!

Чтение из одноклеточного сделало человека. Каждый пользователь получает скидку 5% сразу после регистрации. Скидка эволюционирует вместе с вами и зависит от суммы, потраченной в нашем магазине. Максимальная личная скидка 15%. Промо-коды на странице.

Действует до: 31 января 2018 г.

Скидки до 50%

Скидка по книжной эволюции суммируется со скидками по акциям. Общая скидка от 5% до 50%.

Действует до: 31 января 2018 г.

Плюс 5% за большой заказ!

За заказ от 10 000 к сумме скидок по эволюции и акции вы получите еще 5%. Общая скидка не больше 50%.

Действует до: 31 января 2018 г.

Скидки до 50%

Акции недели! Скидки до 50%!

Действует до: 31 января 2018 г.

Скидки до 70%!

ТРЕНД КУРС со скидками до 70%!

Ввод промо-кода не требуется!

Используйте фильтр "по скидке" для того, чтобы найти самые выгодные скидки раздела!

Действует до: 28 января 2018 г.

Лучшие акции!

Лучшие акции от Wildberries в одном месте!

Акции могут закончится раньше времени по решению интернет-магазина.

Скидка распространяется только на товары, участвующие в акциях.

Действует до: 28 января 2018 г.

Деньги в подарок

500 рублей на шопинг!

Необходимо подписаться на новости.

Действует до: 28 января 2018 г.

Скидки до 60%!

Выбор стилиста для детей со скидками до 60%!

Выбор стилиста для детей со скидками до 60%!

Без ввода промокода.

Скидка распространяется только на товары из данного раздела.

Действует до: 28 января 2018 г.

Скидки до 70%!

Выбор стилиста для женщин со скидками до 70%!

Выбор стилиста для женщин со скидками до 70%!

Без ввода промокода.

Скидка распространяется только на товары из данного раздела.

Действует до: 28 января 2018 г.

Скидки до 70%!

Выбор стилиста для мужчин со скидками до 70%!

Выбор стилиста для мужчин со скидками до 60%!

Без ввода промокода. Предложение ограничено. скидка распространяется только на товары из данного раздела.

Действует до: 28 января 2018 г.

Скидка до 35%!

Праздничными скидки до 35%!

Детали на странице акции.

Действует до: 14 января 2018 г.

Спецпредложение

Лучшие книги о собаках!

Дополнительные детали на странице акции.

Действует до: 7 января 2018 г.

Спецпредложение

Лучшие книги 2017 года!

Дополнительные детали на странице акции.

Действует до: 20 января 2018 г.

Бонусы в подарок

Дарим бонусы за рекомендацию

Дополнительные детали на странице акции.

Действует до: 28 февраля 2018 г.

100 бонусных рублей!

100 бонусных рублей на счет Литрес!

Совершите покупку от 200 рублей в течение 2 дней после активации купона, и получите 100 бонусных рублей на счет ЛитРес.

Действует до: 7 января 2018 г.

Скидка -50% на все!

Ввод промокода не требуется

Действует до: 15 января 2018 г.

Скидка до 40%!

Скидка до 40% на лучшие аудиокниги МИФа!

Аудиокнига «Будь лучшей версией себя» в подарок за подписку.

Источник:

biblioteka.net.ru

Глава Первая - Борис Корнев

Глава Первая

24.05.2015. Григорий Мамаев

о книге Бориса Корнева «Реальная четвёрка» (изд. «Историческая иллюстрация»,

В современном разговорном языке слово «реальный» приобрело

особый смысл: «исключительный», «полностью соответствующий

требованиям», «твёрдо стоящий на ногах», «образцовый». У всех на слуху

уличное выраженьице: «реальные пацаны», — сиречь, такие ребята, на которых

можно равняться, те, кто не подведёт, те, кто ни в чём не отходит от кодекса, от

А вот повесть Бориса Корнева «Реальная четвёрка» — она почему так

названа? Какое значение имеет здесь слово «реальная»? Неужели вот это

самое — современное, зародившееся никак не ранее 90-х годов? То есть,

«реальная четвёрка» — это четверо «реальных пацанов», так что ли?

Но действие повести заканчивается в середине 80-х, когда эпоха

«реальных пацанов» ещё не наступила… Она, эта повесть, по сути даже не

заканчивается, а обрывается именно на пороге новой, «реальной» эпохи. Зачем

же нужно было вводить в заглавие этот вопиющий анахронизм?

К слову сказать, герои повести, четверо ленинградцев 50-х годов

рождения, чья судьба прослеживается автором от детства до зрелости, очень

мало напоминают тех самых «пацанов», российский «разбойный элемент»

образца 90-х. Нет, даже отдалённо не напоминают. Герои повести (даже те из

них, кому «по жизни не повезло») — это незаурядные личности, духовные

сливки позднесоветского общества, лучшие люди своего времени.

Ну, может быть, не самые лучшие, но такие, кто явно возвышается над

средним уровнем — и умом, и душевной силой, и образованностью…

Вот они, четверо:

— учёный, потом партийный чиновник Сергей Богданов;

— офицер КГБ Юрий Лисочкин;

— видный диссидент Владимир Спивак;

— воровской авторитет Пётр Филиппов.

Каждый из четверых по-своему удачлив, хотя нетрудно заметить, что

удачи первой и второй пар простираются в разном направлении.

Как объединяются в одном повествовании эти четверо столь различных

героев? Очень просто, по-корневски естественно, без малейшей надуманности:

все они являются одноклассниками. Все они вышли из одной ленинградской

школы — из элитной школы с углублённым изучением французского языка. Для

не заставших советскую эпоху поясню: в те времена подобные школы считались

элитными не потому, что туда набирали детей элиты, а потому, что в них

стремились формировать будущую элиту государства. До какой степени это

удавалось педагогам — вопрос другой. Во всяком случае, в отношении героев

повести замысел удался: каждый из них, как уже говорилось, дошёл до

степеней известных в одном из четырёх главных сегментов советского социума,

определяющих движение тогдашнего общества в целом, — партноменклатура,

госбезопасность, уверенно набирающее силу диссидентство и уголовный мир,

который в 80-е ещё таит свою мощь, но вскоре встанет на гребне «великой

Всё же не трудно понять, что собрать в одной повести четырёх столь

разных героев чрезвычайно не легко, — даже если предварительно усадить их

за соседние парты. Учтите ещё, что Борис Корнев и не пытается искусственно

сводить воедино своих персонажей, — скорее наоборот, он стремиться

подальше разбросать их, развести героев в разные стороны, и если они всё же

иногда встречаются, то в этом видится не столько воля автора, сколько

внутренняя, не зависящая от писателя, логика повествования.

Скажу больше: Корнев делает всё, чтобы его герои не выглядели

«четвёркой», компанией неразлучных друзей в стиле мушкетёров Дюма. Он

всячески подчёркивает своеобразие каждого, он отправляет своих персонажей

в разные части страны (и даже части света), он выстраивает для них совершенно

непохожие судьбы, он, наконец, отрицает само существование дружбы между

ними… Но — всё напрасно. Герои всё равно сходятся, как бы вне воли автора,

доказывая читателю, что они, несмотря ни на что, — реальная, то есть

действительно, а не номинально существующая, четвёрка.

Так что же их объединяет?

Возможно, ответ покажется вам чрезмерно напыщенным: героев

«Реальной четвёрки» объединяет судьба России, история России.

Это так, — иначе и быть не может: четвёрка Богаднов-Лисочкин- Спивак-

Филиппов в силу своей неординарности не может не выделяться из безликой

людской массы, которая по сути своей внеисторична и не меняется из века в

век. Люди хоть сколько-нибудь крупные всегда пребывают в истории: их судьбы

неудержимо вливаются в исторический поток и, влившись, начинают влиять на

его движение. Эти люди — знаки эпохи; их жизнь и сотворена эпохой, и творит

«Реальная четвёрка» — это творцы эпохи, пусть они и не достигли

особенно высокого ранга, но и на своих местах эти люди имеют достаточно сил,

чтобы отчасти влиять на ход исторического времени. Тем они автору и

интересны, — тем они интересны и читателю.

Автор выделяет четыре направления, которые кажутся ему главными для

тех десятилетий: Партия, Безопасность, Оппозиция, Преступность. Эти

направления определяли тогда историю страны. Тот, кто хотел поучаствовать в

судьбе России, должен был встроиться в одно из них, — только это делало тебя

не безликой тенью, а реальным человеком. (Вот вам ещё одна трактовка

названия повести). Мы сейчас не даём оценок, не разбираем, благотворно ли

влияли на страну КПСС и диссидентство, какова была роль КГБ в жизни

общества и допустимо ли влияние преступного сообщества на народ. Мы

просто вслед за Борисом Корневым констатируем факт: власть в

позднесоветской России группировалась по этим направлениям и только по

Однако подобные рассуждения, хотя и проясняют статус героев, но не

затрагивают самой сути произведения, ибо повесть Корнева глубже этих

…Вспомните детство и представьте себе такую ситуацию: вы школьник, и

по одному из самых важных предметов в четверти вам светит не самая высокая

оценка. Ваши действия? Срочно хватаетесь за учебник, чтобы наверстать

упущенное? Машете на всё рукой?

Для нашей «реальной четвёрки» ни тот, ни другой образ действий

неприемлем. Как истинные пассионарии, (а именно пассионарии и составляют

реальную элиту общества), они решаются на «action directe»: ночью проникают

в учительскую, чтобы выкрасть классный журнал. Истинно мушкетёрский

поступок! Пожалуй, им можно даже полюбоваться, если не быть чересчур

щепетильным. Вот Павка Корчагин подсыпал же табаку в тесто для пасхальных

куличей, мучил поповскую собаку, — бунтарский дух проявляется с детства!

Однако, акция по умыканию классного журнала обернулась для четвёрки

проклятием, тяжким, смертным грехом, который клеймом лёг на всю их

последующую жизнь. Случилось так, что похитителей застукал на месте

преступления учитель труда. Спасаясь от него, четвёрка попыталась уйти через

окно (на третьем этаже!) — с подоконника на дерево, оттуда на землю. Один из

мальчиков сорвался, повис на суку… Учитель попытался его спасти, но сорвался

сам, упал на бетонные сваи и разбился насмерть.

Формально за происшедшее ответил только один из похитителей, Петя

Филиппов, который попал под суд и был отправлен в колонию для

несовершеннолетних, (где и начал своё трудное восхождение в блатной

иерархии), — трём другим удалось, что называется, отмазаться. Но только от

людского суда! Судьба судила иначе: смерть старого, любимого всей школой

учителя стала тем общим грехом, той коллективной виной, что навсегда выбила

их из нормальной колеи. На поверхностный взгляд, жизненный путь этих троих

остался не изломанным и даже вполне успешным, но отныне все их действия

несут на себе печать некой безблагодатности, безплодности. С этой печатью

они вступают и во взрослую жизнь, строят свои карьеры, но при этом остаются

похожими на мух, бьющихся о стекло: мухе кажется, что она летит вперёд, а на

самом деле она остаётся на одном месте.

Можно даже взглянуть на текст повести как на развёрнутую метафору:

старое поколение — в лице учителя труда — пытается спасти молодых,

вступивших на неверный путь, но гибнет, не справясь с этой задачей, а у

молодёжи остаётся кровь на руках…

Тут в скобках можно обратить ваше внимание на любопытный авторский

ход: двое героев, успевших выбраться из учительской, в будущем оказываются

вне советской системы, выпрыгивают из неё как из школьного окна (бандит и

диссидент). Двое же мальчишек, не успевших покинуть учительскую, в

дальнейшем не покидают и систему, плотно встраиваясь в её, казавшиеся

незыблемыми, основы (партаппаратчик и кэгэбешник). Быть может, это и не

очень важное обстоятельство, но оно лишний раз говорит о высоком

мастерстве Бориса Корнева, который даже незначительные детали сознательно

или бессознательно подчиняет общему замыслу.

И видится этот общий замысел таким: четверо очень неплохих

мальчишек, выросших в очень неплохих взрослых дядей (это и к Филиппову-

уголовнику относится, ибо в повести он — страдалец, боец, спаситель), встают у

руля великой страны, — пусть не на самом верху, а, по выражению И.

Солоневича «на штабс-капитанских должностях» ибо «на штабс-капитанах

держится армия». Б. Корнев при всей видимой лапидарности его стиля умеет

заразить читателя своей симпатией к героям: мы от души сопереживаем всем

четверым… Но эти же четверо, несущие на себе бремя греха, бремя убийства

(ведь все они в равной степени виновны в гибели старого учителя!) становятся

виновными и в гибели целой эпохи. Безблагодатные пассионарии — они не

создают, но разрушают или не препятствуют разрушению…

Или, может быть, всё-таки создают?

Действие повести обрывается в момент наступления горбачёвской эпохи.

Новый мир рождается. Тот самый мир, который не смог бы возникнуть, не будь

в Советском Союзе людей, подобных Богданову, Лисочкину, Спиваку и

Филиппову. Опять же, не станем сейчас оценивать этот мир: о нём написано

немало, в том числе и самим Борисом Корневым (повесть «Тандем»,

например). Но вот «Реальная четвёрка» о нём красноречиво умалчивает: волей

автора его герои застывают в стоп-кадре на пороге новых времён, — и читатель

всей душой чувствует — это не конец. Наша фантазия тут же начинает бурную

деятельность, додумывая за писателя дальнейший ход повествования. И это

естественно! Четвёрка героев настолько жизненна, настолько реальна, что их

дальнейший путь сам собой встаёт перед глазами: триумфальное возвращение

из-за границы Спивака в лаврах героя-борца; выход из подполья Филиппова,

становящегося главарём крупной группировки и постепенно приобретающего

всё более светский облик; видишь Богданова в ельцинском аппарате, с пачкой

акций в кармане; видишь Лисочкина — главу совместного российско-

сирийского предприятия… (Возможны варианты). То, что в повести казалось

концом, крахом, в жизни стало только началом.

И возникает вполне понятное желание сказать автору: «А дальше-то что

было? Продолжение давай!» И я не сомневаюсь, что, если бы Корнев захотел,

то написал бы такое продолжение, что затмило бы и начало — какой-нибудь

новый «Тандем», — и уж конечно, он повернул бы судьбы героев куда

интереснее, чем это позволил себе сделать я.

…У Бориса Корнева есть отличный рассказ под названием «Глава

первая»: человек всю жизнь собирается написать книгу, но только под старость

находит в себе силы, чтобы сесть за машинку; вот он садится, заправляет в

каретку чистый лист, отстукивает на нём слова «Глава первая» и… умирает. Его

повесть начинается там, где кончается текст.

Поистине «Реальная четвёрка» — это «глава первая» некой огромной

книги, существующей вне текста, книги ещё не дописанной, ибо реальная

четвёрка покамест живёт и действует, и не скоро сойдёт с российской сцены.

Но нужно ли дописывать «главу вторую», «главу третью», «главу

Вся сила повести именно в её недосказанности, в этом внезапном стоп-

кадре перед решительным поворотом сюжета. Как тут не вспомнить Хемингуэя

с его знаменитой максимой: «Надо выкидывать всё, что можно выкинуть… Если

писатель хорошо знает то, о чём он пишет, он может опустить многое из того,

что знает, и, если он пишет правдиво, читатель почувствует всё опущенное так

же сильно, как если бы писатель сказал об этом».

Корнев выкидывает продолжение повести, ещё не написав его, ибо

знает: именно в таком виде продолжение подействует на читателя сильнее

Собственно говоря, мы ведь не сразу признаём в героях повести своих

современников. Начиная читать, мы принимаем вводные условия, переносим

себя в 60-е годы и ещё не знаем, чем дело кончится. Потом, увлечённые

сплетениями судеб героев, мы опять-таки не задумываемся о том, как

происходящее в повести соотнесено с нашим временем. И только на последних

страницах мы вдруг с ясностью видим, что речь-то шла о нас. О наших

знакомых, соседях, равно как и о тех, кто вечно маячит на экранах

телевизоров. И тут-то повесть и обрывается. И наше воображение получает

мощный толчок, наши раздумья о современности получают новую глубину.

Именно эта решительная провокация читателя на творчество, на размышления

— и есть главная ценность «Реальной четвёрки».

И в этом ключе история о гибели старого учителя, попытавшегося спасти

мальчишку, но так и не сумевшего сделать это, вдруг приобретает особое,

поистине архитипическое значение. Ведь для четверых мальчишек — это

практически убийство отца. Причём, убийство, оставшееся без покаяния и без

искупления, ибо все страдания перенесённые тем же Спиваком — это не

искупление, а только естественные следствия греха. Отцовская кровь по-

прежнему на руках у четвёрки, — а эти руки сегодня куда твёрже вцепились в

рулевое колесо, чем во времена советские, и должности эти люди занимают

сегодня уже отнюдь не «штабс-капитанские»…

Впрочем, то, о чём сейчас говорим — это уже «Глава вторая», а её Борис

Источник:

www.boriskornev.com

Корнев Б. Реальная четверка. Повесть в городе Барнаул

В этом интернет каталоге вы можете найти Корнев Б. Реальная четверка. Повесть по доступной стоимости, сравнить цены, а также посмотреть другие предложения в категории Художественная литература. Ознакомиться с свойствами, ценами и обзорами товара. Доставка товара может производится в любой населённый пункт РФ, например: Барнаул, Ярославль, Пенза.